-- Сударыня,-- сказалъ онъ наконецъ, улучшивъ минуту, когда Натали вышла изъ комнаты,-- вы, вѣроятно, знаете, что такое семейный нотаріусъ? Мой нотаріусъ -- добрѣйшій старичекъ, который былъ бы очень опечаленъ, если бы я не поручилъ ему составленія брачнаго договора...
-- Разумѣется, другъ мой,-- прервала его госпожа Евангелиста.-- Но развѣ брачные договоры не вездѣ совершаются нотаріусомъ семьи?
До той минуты, пока Поль рѣшился заговорить, госпожа Евангелиста спрашивала себя съ тревогой, о чемъ думаетъ молодой человѣкъ. Женщины умѣютъ съ удивительнымъ искусствомъ разгадывать мысли человѣка по игрѣ его физіономіи. По смущенному взгляду и взволнованному голосу Поля она угадала внушенныя ему теткой сомнѣнія и вызванную ими душевную борьбу.
"Наконецъ-то,-- подумала она,-- насталъ роковой день. Развязка приближается. Каковъ-то будетъ результатъ?"
-- Нашъ нотаріусъ -- Салоне,-- сказала она,-- вашъ нотаріусъ -- Матіасъ. Я приглашу ихъ обоихъ завтра къ обѣду; они уладятъ это дѣло. Не для того ли и существуютъ нотаріусы, чтобы оберегать наши интересы, избавляя насъ отъ заботъ?
-- Вы правы,-- сказалъ Поль, вздохнувъ съ облегченіемъ.
Они, казалось, помѣнялись ролями. Поль, совѣсть котораго была совершенно чиста, дрожалъ отъ волненія, а госпожа Евангелиста, которая испытывала страшную душевную тревогу, казалась совершенно спокойной. Она растратила изъ денегъ дочери милліонъ двѣсти тысячъ франковъ, т. е. треть завѣщаннаго мужемъ капитала, и не въ состояніи была даже продажей всего своего имущества покрыть эту сумму. Такимъ образомъ она должна была разсчитывать на великодушіе зятя. Она была увѣрена въ своемъ вліяніи на Поля. Но если нотаріусъ откроетъ глаза молодому человѣку, то не станетъ ли онъ требовать отъ нея отчета въ деньгахъ Натали, который она, какъ опекунша, обязана представить ему? А что, если онъ откажется отъ руки ея дочери? Весь городъ будетъ знать о мотивахъ этого отказа, и Натали невозможно будетъ выдать замужъ въ Бордо! Она невольно думала о томъ, что послѣ безупречно прожитой жизни ей завтра придется опозорить себя; и подобно храбрымъ офицерамъ, которые желали бы вычеркнуть изъ своей жизни ту минуту, когда они чувствовали себя трусами, госпожа Евангелиста дала бы многое, чтобы вычеркнуть завтрашній день изъ своей жизни. Вѣроятно, многіе изъ ея волосъ посѣдѣли за эту ночь, когда, оставшись одна и очутившись лицомъ въ лицу съ голыми фактами, она стала упрекать себя въ безпечности, доведшей ее до подобнаго состоянія. Прежде всего ей предстояло довѣриться своему нотаріусу, котораго она пригласила къ себѣ на слѣдующее утро, сознаться ему въ томъ, въ чемъ она не хотѣла сознаваться даже самой себѣ, такъ какъ шла навстрѣчу разоренію, не думая ни о чемъ, смутно разсчитывая на одну изъ тѣхъ счастливыхъ случайностей, которыя никогда не являются, когда ихъ ждутъ. Въ ея душѣ поднималось какое-то недружелюбное, хотя неясное для нея самой чувство по отношенію къ Полю. Не являлся ли онъ противной стороной въ этомъ дѣлѣ? Не становился ли онъ врагомъ, котораго предстояло побѣдить? Кто въ состояніи любить свою жертву? Вынужденная прибѣгнуть въ хитрости, испанка рѣшила, что во что бы то ни стало выйдетъ побѣдительницей изъ этой борьбы, позоръ которой могъ быть искупленъ только полной побѣдой. Въ тишинѣ ночи она успокоивала себя цѣлымъ рядомъ смягчающихъ обстоятельствъ. Не пользовалась ли Натали ея расточительностью? Можно ли объяснитъ ея поведеніе какимъ-нибудь грязнымъ, неблагороднымъ мотивомъ, который позорилъ бы ее? Правда, она не умѣла разсчитывать своихъ средствъ. Но развѣ это преступленіе или порокъ? Развѣ не счастье для мужчины обладать такой женой, какъ Натали? Не стоитъ ли ея отчета это сокровище, которое она такъ заботливо охраняла? Не найдутся ли тысячи мужчинъ, готовыхъ купить цѣною всякихъ жертвъ любимую женщину? Неужели же законная жена недостойна тѣхъ жертвъ, которыя заслуживаетъ куртизанка? Вѣдь Поль -- это ничтожество, нуль. Но она постарается развернуть для него всѣ рессурсы своего ума, проложить ему дорогу въ свѣтѣ. Не значитъ ли это выплатить ему сполна долгъ? Глупо было бы колебаться. Неужели же онъ остановится? Онъ оказался бы подлецомъ.
-- Если не удастся уладить это дѣло,-- рѣшила она,-- я оставлю Бордо. Я могу все-таки устроить судьбу Натали, если распродамъ всѣ мои брилліанты, обстановку, домъ, оставивъ себѣ лишь небольшую пенсію.
Когда сильный умъ находитъ какой-нибудь выходъ изъ положенія и рисуетъ себѣ грандіозный результатъ, онъ получитъ необходимую точку опоры, благодаря которой выходитъ торжествующимъ изъ борьбы. Возможность этого выхода въ случаѣ несчастья успокоила г-жу Евангелиста, которая уснула, наконецъ, полная надеждъ на побѣду. Болѣе всего она разсчитывала на содѣйствіе искуснѣйшаго изъ бордоскихъ нотаріусовъ, господина Солоне, двадцатисемилѣтняго юноши, украшеннаго орденомъ Почетнаго Легіона за усердное содѣйствіе второму возвращенію Бурбоновъ. Солоне очень гордился тѣмъ, что бывалъ въ домѣ г-жи Евангелиста, и не только въ качествѣ нотаріуса семьи, а въ качествѣ члена роялистской партіи. Къ тому же молодой нотаріусъ воспылалъ страстью къ своей кліенткѣ, и хотя г-жа Евангелиста сумѣла отклонить эту страсть, она, однако, была чрезвычайно польщена ею. Солоне держался по отношенію къ ней съ крайней почтительностью, но, повидимому, не терялъ надежды.
Утромъ слѣдующаго дня молодой нотаріусъ явился на приглашеніе съ поспѣшностью раба и былъ принятъ въ спальнѣ кокетливой вдовой, очаровательной въ своемъ искусномъ дезабилье.