-- Благодарю васъ, сказала она госпоже де-Грассенъ: мы посмотримъ...
-- Я какъ будто слышу вашего батюшку, когда вы говорите такъ, любезная Евгенiя.
-- Вы должны отсчитать намъ 8,100 франковъ золотомъ, сударыня, сказала Нанета.
-- Да, госпожа Корнулье, угодно вамъ будетъ придти за ними?
Священникъ удалился.
Евгенiя пошла въ кабинетъ своего отца и не выходила оттуда целый день, не слушая Нанеты, упрашивавшей ее сойти внизъ обедать. -- Она явилась вечеромъ, тогда, какъ стали сбираться ея гости. -- Никогда темненькая зала въ доме Гранде не была такъ полна, какъ теперь. Новость о прiезде Шарля и объ его глупомъ отказе распространилась по всему городу. -- Но любопытство гостей не было удовлетворено. На лице Евгенiи не заметно было ни малейшаго следа слезъ и горести. -- Кто подходилъ къ ней съ постнымъ лицомъ, желая подделаться подъ настоящую минуту, того встречала Евгенiя весело, съ улыбкою. -- Чувство не светилось сквозь ледяную кору приличiй и холодной вежливости. -- Въ 9 часовъ обыкновенно кончались партiи. -- Въ 9 часовъ все встали изъ-за ломберныхъ столовъ, спорили, шумели, расплачивались, и когда вся толпа стала откланиваться, тогда-то кончилась долгая драма неожиданною катастрофою, которая зашумела здесь, въ Сомюре, и кругомъ въ четырехъ префектурахъ.
-- Господинъ де-Бонфонъ, останьтесь, сказала Евгенiя Президенту, который брался за трость свою.
Не было никого во всемъ обществе, кто-бы хладнокровно принялъ такую новость; Президентъ побледнелъ и принужденъ былъ опуститься на стулъ въ сильномъ волненiи.
-- Двадцать-одинъ миллiонъ Президенту, сказала девица де-Грибокуръ.
-- Ясно! г. де-Бонфонъ женится на девице Гранде, заметила госпожа д'Орсонваль.