-- Это батюшка! сказала Евгенiя.
Мигомъ она спрятала сахарницу, оставивъ несколько кусочковъ на столе. -- Нанета унесла яичную скорлупу. -- Госпожа Гранде выпрямилась, какъ испуганная серна. -- Шарль ничего не понималъ въ этомъ внезапномъ припадке комическаго страха!
-- Ну что-же это съ вами? спросилъ онъ.
-- Батюшка воротился, отвечала Евгенiя.
-- Такъ что-же?
Старикъ вошолъ, жадно взглянулъ на столъ, на Шарля, и понялъ все.
-- Ага! да у васъ здесь пиръ-горой, ради дорогаго племянничка? Хорошо, хорошо, очень-хорошо, прекрасно! Котъ на крышку, мыши въ амбаръ!
-- Пиръ! подумалъ Шарль, непосвященный въ таинства этого хозяйства.
-- Дай-ка мне мой стаканъ, Нанета, спросилъ старикъ.
Евгенiя подала ему стаканъ. Гранде вынулъ изъ кармана свой ножикъ, роговой, съ широкимъ лезвеемъ, отрезалъ тартинку, намазалъ на нее крошечку масла и принялся есть, стоя. Въ это время Шарль клалъ сахару въ свой кофе. Гранде увидалъ на столе куски сахару, взглянулъ на жену свою, побледневшую отъ ужаса, и подошедъ къ ней, сказалъ на ухо: