-- Признаюсь вамъ со стыдомъ, милая сестрица, я голоденъ.
Этотъ разговоръ сквозь замочную скважину былъ целымъ эпизодомъ изъ романа Евгенiи; по-крайней-мере для нея.
-- Такъ мы вамъ принесемъ завтракать сюда, чтобы не мешать после батюшке.
Она побежала въ кухню.
-- Нанета, поди, прибери его комнату.
Ветхая, чорная лестница вдругъ оживилась, заскрипела. Сколько воспоминанiй рождала и потомъ эта лестница въ сердце Евгенiи; какъ часто она взбегала по ней! Даже сама старушка, добрая и сговорчивая, не въ-силахъ была противиться желанiямъ и маленькимъ капризамъ своей дочери, и когда Нанета возвратилась сверху, обе пошли къ Шарлю, чтобы утешить бедняжку и потолковать съ нимъ. Посетить Шарля посоветовало имъ христiанское братолюбiе, и обе оне не замечали, что уже другой день толкуютъ и вкось и вкривь Евангелiе, применяясь къ обстоятельствамъ.
Шарль Гранде могъ оценить теперь все заботы, все попеченiя, на него изливаемыя. Его уязвленное сердце узнало теперь сладость дружбы и необходимость сочувствiя и состраданiя. Евгенiя и мать ея знали, что такое тоска и страданiе, и поспешили осыпать его всеми сокровищами своего сердца, дружбою и утешенiемъ. По праву родства, Евгенiя принялась прибирать и устанавливать все вещи Шарля, укладывать его белье, все туалетныя принадлежности и могла вдоволь насмотреться на все роскошныя безделки и прихоти моднаго дэнди, на все золотыя игрушки, попадавшiяся ей подъ-руку. Она брала ихъ по очередно и каждую долго разсматривала. Съ глубокимъ чувствомъ признательности принималъ Шарль целительное участiе своей тётки и кузины; онъ зналъ, что въ Париже онъ встретилъ-бы везде одну холодность и равнодушiе. Онъ понялъ тогда всю прелесть сердца и души Евгенiи. Онъ удивлялся детской наивности ея характера, надъ чемъ еще вчера такъ безсмысленно насмехался. И когда Евгенiя, взявъ изъ рукъ Нанеты фаянсовую чашку съ кофеемъ, поднесла ее своему кузену, со всею прелестiю дружеской услуги, и приветливо улыбнулась ему, то глаза его наполнились слезами; онъ схватилъ ея руку и поцеловалъ.
-- Что, что съ вами? спросила она.
-- О, это слезы благодарности, сестрица.
Евгенiя быстро обернулась къ камину, чтобы взять съ него подсвечники. -- Возьми, убери ихъ, Нанета.