-- Если вы такъ обращаетесь съ покупателями, то, вѣрно, дешево продаете орѣхи?-- сказалъ Бирото и назвалъ себя по имени.
-- А, такъ вы тотъ самый Бирото, что имѣетъ красавицу жену. Ну, сколько же вамъ нужно орѣшковъ, дорогой мой?
-- Мнѣ нужно очень много.
-- Больше у меня и нѣтъ сейчасъ,-- сказала торговка сиплымъ голосомъ, похожимъ на звуки тромбона.-- Ахъ, дорогой мой сударь, видно, немало приходитъ къ вамъ молодыхъ паръ, и духи вы хорошо съ рукъ сбываете! Не лѣнитесь дѣло дѣлать. Дай Богъ вамъ здоровья! Такого знатнаго покупателя у меня еще не было... Ужь будетъ молить за васъ Бога самая близкая мнѣ женщина...
-- Кто эта женщина?..
-- Ну, конечно, г-жа Маду.
-- Сколько вы возьмете за орѣхи?
-- Съ васъ, почтенный буржуа, я возьму только двадцать пять франковъ за сотню, если вы берете весь запасъ.
-- Двадцать пять франковъ,-- сказалъ Бирото. Но мнѣ нужны будутъ громадные запасы орѣховъ... сотни тысячъ.
-- Зато поглядите, какой товаръ!-- сказала Маду, погрузивъ свою красную руку въ мѣшокъ съ орѣхами.-- Совсѣмъ нѣтъ пустыхъ! А въ бакалейныхъ продадутъ вамъ четыре фунта, и полтора надо выбросить,-- все гнилые! И берутъ за такую дрянь двадцать четыре су за фунтъ. Зачѣмъ же мнѣ терпѣть убытокъ для вашего удовольствія? Если вамъ надо много орѣховъ, я уступлю, пожалуй, за двадцать франковъ сотню... Нельзя вѣдь отослать ни съ чѣмъ помощника мэра, какъ разъ накличешь бѣду на молодыя парочки! Но пощупайте сами товаръ, какая тяжесть! Пятидесяти орѣховъ не пойдетъ на фунтъ. Всѣ цѣлые, гнилыхъ нѣтъ!