Несчастный Адольфъ, вы доказали ей даже крайнюю важность предстоящаго вамъ свиданія, говоря, что отъ этого зависитъ и то, и это, и мало ли что еще!..
И вотъ за два часа до свѣту Каролина тихонько будитъ васъ и кроткимъ голосомъ говоритъ:
-- Дружокъ, дружокъ...
-- Что такое? Пожаръ? Или...
-- Нѣтъ, спи пока, я ошиблась; вотъ гдѣ стрѣлка у часовъ, видишь! Только четыре часа. Тебѣ можно уснуть еще на два часа.
Сказать человѣку: "Тебѣ можно уснуть на два часа", не все ли это равно (конечно, въ миніатюрѣ), что сказать преступнику: "Теперь еще только пять часовъ, а казнить тебя будутъ въ половинѣ восьмого". Какой ужь тутъ сонъ! Въ вашемъ мозгу непрестанно будетъ копошиться безпокойная мысль на подобіе какого-то сѣраго, крылатаго существа, вродѣ летучей мыши, которая безтолково тычется въ оконныя стекла.
Въ этихъ случаяхъ женщина соблюдаетъ такую же точность, какъ дьяволъ, являющійся за полученіемъ проданной ему души, едва пробило пять часовъ, какъ голосъ вашей жены, увы, слишкомъ знакомый, раздается надъ самымъ вашимъ ухомъ: онъ сопровождаетъ бой часовъ и произноситъ, съ жестокой кротостью:
-- Адольфъ, пять часовъ било, вставай, другъ мой.
-- У-у-и!... У-у-а!..
-- Адольфъ, ты пропустишь время, вѣдь самъ говорилъ!..