У Каролины завелись собственныя дѣла съ Шомонтелемъ. Она выучилась выпроваживать мужа, когда ей это нужно, и въ концѣ коицовъ сошлась на пріятельскую ногу съ госпожей де-Фиштаминель.
Въ извѣстные періоды супружеской жизни такія женщины, какъ госпожа де-Фиштаминель, становятся добрыми геніями для Каролинъ.
Каролина ластится къ госпожѣ де-Фиштаминель и осыпаетъ ее любезностями вродѣ того, какъ наши войска въ Африкѣ лелѣютъ Абдель-Кадера, угождаетѣ ей, какъ искусный медикъ, который лечитъ богача, воображающаго себя больнымъ и старается главное о томъ, чтобы паціентъ не счелъ себя вылеченнымъ. Обѣ онѣ, Каролина и госпожа де-Фиштаминель, сообща изобрѣтаютъ для милаго Адольфа постороннія занятія, когда ни та, ни другая, не желаютъ присутствія этого полубога у своего домашняго очага. Благодаря стараніямъ госпожи Фульнуантъ, Каролина подружилась какъ нельзя лучше съ г-жей де-Фиштаминель, такъ что между ними установилось то дамское франмасонство, которому со стороны выучиться нельзя, а сами онѣ безошибочно понимаютъ другъ друга.
Напримѣръ, если Каролина посылаетъ госпожѣ де-Фиштаминель записочку такого содержанія:
"Мой ангелъ, по всей вѣроятности, завтра вы увидите моего Адольфа; пожалуйста, не задерживайте его слишкомъ долго, потому что часа въ четыре я разсчитываю съ нимъ кататься въ Булонскомъ лѣсу. Если же вамъ очень хочется самой съ нимъ туда поѣхать, я захвачу его на обратномъ пути. Вамъ слѣдовало бы научить меня своему искусству занимать скучающихъ людей".
Госпожа де Фиштаминель говоритъ себѣ:
-- Ладно, стало быть, съ двѣнадцати часовъ до пяти этотъ господинъ будетъ торчать у меня.
Аксіома.
Мужчины не всегда понимаютъ значеніе женской просьбы, изложенной въ опредѣленныхъ выраженіяхъ; но другая женщина никогда не ошибется, и поступитъ какъ разъ наоборотъ.
Эти маленькія существа, особенно парижанки, представляютъ собою самыя миленькія игрушки, какія могла изобрѣсти общественная промышленность; нужно быть уродомъ, чтобы не обожать ихъ, чтобы безъ радостнаго трепета любоваться на то, какъ онѣ ставятъ свои ловушки, какъ плетутъ себѣ косы, какъ создаютъ свои особые языки и своими нѣжными пальчиками строятъ такіе механизмы, которые измельчаютъ въ прахъ крупнѣйшія состоянія.