-- Да мы сдуру накупала векселей Демоно, по тридцати пяти за сто.
-- Такъ что жъ? вы и ихъ обезпечите на его помѣстьѣ, да станете драть съ него проценты.
-- Дѣло!
Взглянувшись съ Гобсекомъ и Пальмою, Жигонне вышелъ на улицу и отворилъ карету, въ которой сидѣла Елизавета.
-- Дѣло слажено, моя милая, сказалъ онъ.Твой Демоно у насъ въ рукахъ. Очень хорошо, плутовочка! Ты мастерски начала, продолжай только хорошенько. Видно, что въ тебѣ моя кровь!--
И онъ потрепалъ его по щекѣ.
-- Ступай одна домой, Лизанька, сказалъ Митраль, который тоже подошелъ къ каретѣ; мнѣ надобно еще въ кантору Journal des Débats, чтобы тамъ разсхвалить еще Рабурдена.
На другой день многочисленные читатели Journal des Débats нашли, во внутреннихъ извѣстіяхъ, странную статью въ похвалу бѣдняку Рабурдену. Въ ней, послѣ извѣстія о смерти Лабилардіера, сказано было, что мѣсто его, конечно, будетъ отдано одному изъ его начальниковъ отдѣленій, Бoдoйе или Рабурдену; что первый изъ нихъ ханжа, приверженецъ іезуитовъ, а второй Отличный либералъ, человѣкъ достойный полнаго уваженія всѣхъ противниковъ Виллеля. За этимъ слѣдовало множество похвалъ въ томъ же смыслѣ, похвалъ коварныхъ, потому что въ то время Journal des Débats, при помощи Шатобріана, велъ не примиримую войну съ Виллелевымъ министерствомъ.
Надругой день, въ пятницу, день обѣда у госпожи Рабурденъ, которую Демоно видѣлъ на канунѣ во всемъ блескѣ красоты въ театрѣ, старый волокита, проснувшись, лежалъ въ постели и мечталъ о послѣднемъ взглядѣ, который Целестина на него уронила.
"Рабурденъ жестоко оскорбилъ меня, говорилъ онъ самъ себѣ, но нужды нѣтъ; теперь я ему помогу, а послѣ отмщу другимъ манеромъ. Не доставить ему директорскаго мѣста значить навсегда отказаться отъ женщины, которая можетъ-бытъ мнѣ чрезвычайно полезна. Она все понимаетъ и на все готова! Нечего дѣлать, надобно похлопотать для нея. Ея сіятельство изволила вчера поморщиться; но нужды нѣтъ. Целестина всё-таки будетъ у нея на семейномъ вечерѣ."