-- Хи! хи!
-- Хи! хи!
Эти сухія восклицанія служили ростовщикамъ вмѣсто смѣху. Они пустились пѣшкомъ къ кофейнѣ Ѳемиды.
Демоно возвратился въ гостинную, и увидѣлъ, что госпожа Рабурденъ всѣхъ обворожила, министръ, человѣкъ почти всегда угрюмый и задумчивой , былъ очень веселъ.
"Она чудеса дѣлаетъ! сказалъ самъ себѣ Демоно. Какая безцѣнная женщина! Непремѣнно надобно заглянуть къ ней въ сердце."
-- Она право, очень мила, сказала маркиза директору: ей не достаетъ только порядочнаго имени.
-- Да! вся бѣда въ томъ, что она родилась въ аукціонной камерѣ, и это ее погубитъ, сказалъ Демоно съ холоднымъ видомъ, совершенно противоположнымъ тому жару, съ какимъ онъ прежде говорилъ о госпожѣ Рабурденъ.
Маркиза пристально на него поглядѣла.
-- Несмотря па ваши очки, я замѣтила, какой взглядъ вы на нихъ бросили! сказала она. Забавно, право, что вы сдѣлались соперникомъ министру.
Целестина уже уходила, но Демоно побѣжалъ за нею и остановилъ ее.