Любопытная Эмилія нашла средство слѣдовать за ними, подъ предлогомъ осмотрѣть мѣстоположеніе сада, и братъ ея съ лукавымъ добродушіемъ согласился быть проводникомъ ея. Она видѣла, какъ незнакомцы сѣли въ щегольской тильбюри, при которомъ находился лакей верхомъ и въ ливреѣ. Въ ту минуту, какъ молодой человѣкъ сѣлъ и старался уравнять возжи, онъ бросилъ на Эмилію одинъ изъ тѣхъ взоровъ, кои обыкновенно безъ цѣли бросаются на большія толпы; но она не безъ удовольствія замѣтила, что онъ послѣ два раза обернулся назадъ. Тоже сдѣлала и незнакомка, можетъ быть, изъ ревности.
-- Я думаю, что ты теперь наглядѣлась на садъ -- сказалъ ей братъ -- и что мы можемъ возвратишься въ танцовальную залу.
-- "Охотно" -- отвѣчала она. "Бьюсь объ закладъ, что это Виконтесса Абергавеней.. Я узнала ея ливрею," --
На другой день Эмилія изъявила желаніе прогуливаться верхомъ. Мало помалу она пріучила стараго дядю и братьевъ сопутствоватъ ей въ утреннихъ прогулкахъ, весьма полезныхъ какъ говорила она, для ея здоровья. Она особенно любила посѣщать деревеньку, гдѣ жила Виконтесса; но не смотря, на кавалерійскія свои маневры, не такъ скоро нашла незнакомца, какъ могла надѣяться отъ тщательныхъ своихъ поисковъ. Нѣсколько разъ посѣщала она сельскіе балы въ Со, но никогда не встрѣчала тамъ молодаго человѣка, который явился такъ внезапно, чтобъ овладѣть ея мечтами и украсить ихъ.
Хотя ни что такъ не подстрекаетъ раждающейся любви молодой дѣвушки, какъ препятствія; были однако минуты, въ которыя она готова была оставить тайные свои поиски, ибо почти отчаявалась въ успѣхѣ предпріятія, коего странность можетъ дать понятіе о смѣлости ея характера. И дѣйствительно, она могла бы весьма долго кружить около деревеньки Шатене, не встрѣтивъ своего незнакомца; ибо Клара, какъ тотъ называлъ срою спутницу, не была ни Виконтесса ни Англичанка, и ни она, ни незнакомецъ не обитали въ зеленыхъ и благоухающихъ рощахъ Шатене.
Однажды вечеромъ Эмилія, выѣхавши верхомъ въ сопровожденіи дяди, которому подагра давала во время прекрасной погоды довольно продолжительную передышку, встрѣтила коляску Виконтессы. Это была именно Англичанка. Съ ней сидѣлъ скромный, щегольски одѣтый джентельменъ, коего румянецъ и свѣжесть, достойныя молодой дѣвушки, также мало показывали чистоту сердца, какъ надо блестящій туалетъ бываетъ признакомъ богатства...
Увы! въ чертахъ незнакомцевъ не было ни чего, похожаго на обворожительные порьреты, кои любовь и ревность запечатлѣли въ памяти Эмиліи. Она тотчасъ съ досадою поворотила лошадь, какъ женщина, обманутая въ своемъ ожиданіи. Дядя съ трудомъ могъ за нею слѣдовать; съ такой быстротой скакала она на небольшой своей лошадкѣ.-- "Вѣрно я ужъ слишкомъ устарѣлъ, чтобъ понимать двадцатилѣтіяхъ дѣвушекъ",-- подумалъ морякъ, пустивъ лошадь свою въ галопъ -- "или можетъ быть нынѣщняя молодежь непохожа на прежнюю?-- Я однако прежде былъ легокъ на ходу и всегда умѣлъ хорошо пользоваться. вѣтромъ. Но, что сдѣлалось съ моей племянницей? Она вдругъ поѣхала шагомъ, какъ жандармъ, который ночью объѣзжаетъ дозоромъ Парижскія улицы?-- Подумаешь, что она хочетъ сдѣлать нападеніе на этого бѣднаго пѣшехода, вѣроятно какого-нибудь поэта, мечтающаго о своихъ стихотвореніяхъ, ибо у него въ рукѣ книга. Клянусь честью! Какой же я дуракъ! Да это можетъ быть тотъ молодой человѣкъ, котораго мы ищемъ."--
Старый морякъ пустилъ лошадь шагомъ по песку, чтобы безъ шуму подъѣхать къ племянницѣ. Этотъ обветшалый мотылекъ слишкомъ много порхалъ въ семидесятыхъ годахъ -- въ ту блаженную эпоху нашей исторіи, когда волокитство было въ такой чести -- и потому тотчасъ отгадалъ,-- что Эмилія, вовсе неожиданно встрѣтила своего незнакомца. Хотя старость опускала уже завѣсу на сѣрые глаза Графа Кергаруэ, но онъ умѣлъ замѣтить въ племянницѣ слѣды необыкновеннаго волненія, не взирая на неподвижность, которую она старалась дать своему лицу, проницательный взоръ Эмиліи съ какимъ-то оцѣпененіемъ былъ прикованъ къ незнакомцу, который спокойно шелъ впереди ея.
-- "Такъ точно!" -- подумалъ морякъ -- "она будетъ слѣдовать за нимъ, какъ купеческій корабль за корсеромъ, котораго боится. А потомъ, когда онъ скроется изъ глазъ ея, придетъ въ отчаяніе, что не знаетъ кого любитъ: Маркиза или разночинца. Этимъ молодымъ головамъ изъ предосторожности всегда должно имѣть при себѣ стараго воробья, какъ меня."...
Онъ пришпорилъ потомъ свою лошадь и проскакавъ между Эмиліи и молодаго пѣшехода, такъ близко наѣхалъ на послѣдняго, что тотъ принужденъ былъ броситься на дерновый валъ, которымъ обведена была дорога. Графъ тотчасъ остановилъ свою лошадь и съ гнѣвомъ воскликнувъ.