-- Дочь моя, никогда не унижай тѣхъ, которые тебя любятъ. Знай, что только бѣдные бываютъ великодушны. У богатыхъ всегда найдутся причины, чтобъ не разступиться для родственника и двадцатью тысячами франковъ. Ну, не сердись же, мой другъ!... Вѣдь ты разсудительна!.. Поговоримъ ка объ нашихъ молодыхъ людяхъ? Не замѣтила ли ты между ними Г. Монтолана?
-- "О! онъ говоритъ zen вмѣсто jeu, все смотритъ себѣ на ноги, потому что онѣ ему кажутся очень малы, и безпрестанна глядится въ зеркало. Притомъ же онъ блондинъ, а я люблю брюнетовъ." --
-- Ну такъ Г. де Серизи?
-- Онъ не дворянинъ, толстъ и дурно сложенъ. Правда у него черные волосы. Надобно бы имъ обоимъ согласиться и: соединить свои формы, такъ чтобъ первый отдалъ свою наружность и свое имя второму, который бы могъ сохранить волосы... и тогда... можетъ быть."..
-- А что скажешь о Г. де Салюсъ?
-- "Онъ сдѣлался банкиромъ."
-- Г. де Коминъ?
-- "Онъ дурно танцуетъ; притомъ же, батюшка! всѣ они не имѣютъ титуловъ, а я хочу быть по крайней мѣрѣ Графиней, какъ матушка."
-- Такъ ты нынѣшнюю зиму не замѣтила ни кого, кто бы...
-- "Никого, батюшка."