-- Я ей охотно прощаю, -- проговорил добряк, открывая глаза, -- положение ее ужасно; тут любой может потерять голову. Утешь Нази, будь ласкова с ней, обещай это своему несчастному умирающему отцу, -- умолял он Дельфину, сжимая ей руку.
-- Но что с вами? -- в страхе спросила та.
-- Ничего, ничего, -- ответил отец, -- пройдет. Мне что-то давит лоб, мигрень... Бедная Нази, что ждет ее в будущем!
В это мгновение графиня вернулась и бросилась к ногам отца.
-- Простите! -- воскликнула она.
-- Полно, -- промолвил папаша Горио, -- этим ты причиняешь мне еще большее страдание.
-- Сударь, -- сказала графиня Растиньяку со слезами на глазах, -- я не права; виной тому мое горе. Хотите быть мне братом? -- и протянула ему руку.
-- Нази, -- произнесла Дельфина, крепко обнимая ее, -- милая Нази, забудем все.
-- Нет! Я не забуду!
-- Ангелы мои, -- вскричал папаша Горио, -- свет померк в моих глазах, но я прозрел благодаря вам, ваш голос возвращает мне жизнь. Обнимитесь еще раз. Что же, Нази, этот вексель спасет тебя?