Это была безчувственность птицы, высвистывающей свою природную пѣсню!
-- "Она не узнаетъ меня!" вскричалъ Полковникъ въ отчаяніи... "Юлія! Юлія! Это я... Филиппъ, твой Филиппъ."..
И бѣдный воинъ пошелъ къ дереву. Когда онъ былъ шагахъ въ трехъ отъ ракиты, Графиня взглянула на него какъ будто желая подразнить не смотря на выраженіе боязни, изобличавшееся въ ея взорахъ; потомъ, однимъ прыжкомъ, перескочила съ ракиты на акацію, оттуда на близь стоявшую сосну, гдѣ, перепрыгивая съ сука на сукъ, съ неимовѣрной легкостью, добралась до вершины и стала на ней качаться:
"Не преслѣдуйте ее!" сказалъ Г. Фанжа Полковнику: "Иначе вы можете поселить въ ней отвращеніе, которое можетъ сдѣлаться непреодолимымъ: Я помогу вамъ свыкнуться съ ней и пріучишь ее къ себѣ: Подите на эту скамью. Если вы не станете обращать на нее вниманія... то увидите, что она сама нечувствительно приблизится къ вамъ, чтобъ разглядѣть васъ."..
-- "Юлія меня не узнаетъ... бѣжитъ меня!"... повторялъ Полковникъ, садяся.
Онъ прислонился спиной къ дереву, коего листья осѣняли простую садовую скамью и голова его склонилась на грудь.
Г. Фанжа хранилъ молчаніе.
Вскорѣ Графиня спустилась тихо съ вершины сосны, порхая какъ блудящій огонекъ и увлекаясь колебаніями, кои вѣтръ сообщалъ дереву. Она останавливалась на каждомъ сучкѣ, чтобъ высматривать незнакомца; но, видя его неподвижнымъ, соскочила наконецъ на траву, и пошла къ нему медленно по лугу.
Когда она остановилась подъ деревомъ, шагахъ въ десяти отъ скамьи, Г. Фанжа сказалъ тихо Полковнику.
"Возмите поискуснѣе у меня въ карманѣ нѣсколько кусочковъ сахару. Покажите потомъ ей... Она придетъ къ вамъ... Ради васъ, я. охотно отказываюсь отъ удовольствія давать ей лакомства. Сахаромъ вы можете сдѣлать изъ ней все, что угодно... Она до него страстная охотница."...