-- Оскаръ отзывался непочтительно о графинѣ и выдалъ болѣзнь графа.
-- Оскаръ?-- воскликнула мадамъ Моро.-- Другъ мой, ты заслужилъ это наказаніе. Стоило пригрѣвать эту змѣю у своей груди!.. Сколько разъ я говорила тебѣ...
-- Довольно!-- сказалъ измѣнившимся голосомъ Моро.
Въ эту минуту они увидѣли Оскара, забившагося въ уголъ. Моро накинулся на несчастнаго, какъ ястребъ на свою добычу, схватилъ за воротъ его оливковаго сюртука и потащилъ къ окну.
-- Говори, что ты сказалъ графу въ дилижансѣ? Какой чортъ тянулъ тебя за языкъ? Вѣдь отъ тебя-то вообще и слова не добьешься! Что ты имѣлъ въ виду?-- спросилъ управляющій съ обезображеннымъ гнѣвомъ лицомъ.
Оскаръ былъ такъ ошеломленъ, что не могъ ни плакать, ни говорить. Онъ продолжалъ стоять неподвижно, точно статуя.
-- Иди проси прощенія у графа!-- сказалъ, наконецъ, Моро.
-- Развѣ графъ интересуется такимъ червякомъ?-- воскликнула разгнѣванная Эстелла.
-- Ну, иди въ замокъ!-- крикнулъ Моро.
Оскаръ упалъ точно безжизненная масса на полъ.