-- Я, кажется, первый явился, сказалъ онъ ему, кланяясь почтительнѣе чѣмъ другіе, которые не обращали на этотъ колпакъ большаго вниманія.
-- Это очень натурально, отвѣчалъ Г. Баржтонъ.
Луціанъ принялъ эти слова за колкій намѣкъ ревниваго мужа; онъ покраснѣлъ, и посмотрѣлся въ зеркало, чтобы оправиться.
-- Вы живете далеко, сказалъ опять Г. Баржтонъ, а кто живетъ далеко, тотъ всегда приходить ранѣе, чѣмъ тотъ, кто живетъ близко.
-- Отчего жъ это происходитъ? спросилъ Луціанъ, стараясь быть любезнымъ.
-- Не знаю, отвѣчалъ Г. Баржтонъ, впадая опять въ свою неподвижную тупость.
-- Вы только не хотите подумать, сказалъ Луціанъ: когда вы это замѣтили, то вы должны знать и причину.
-- Причину! отвѣчалъ Г. Баржтонъ. Хе, хе, хе!...
Луціанъ поблѣднѣлъ. Онъ ломалъ голову, чтобы поддержать разговоръ.
-- Супруга ваша, вѣрно, одѣвается? спросилъ любовникъ.