-- "Ребенокъ! вскричалъ Евгеній.
-- Да, сегодня я была настоящій ребенокъ! сказала она смѣясь.
Евгеній возвратился въ домъ. Г-жи Воке, и дорогой предавался восхитительнымъ мечтамъ, которыя всегда веселятъ молодыхъ людей, когда вкусъ блаженства у нихъ еще на губахъ.
-- Ну что? сказалъ ему старикъ Горіо, когда Растиньякъ проходилъ мимо его дверей.
-- Завтра я все вамъ разскажу, отвѣчалъ Евгеній.
-- Смотрите-же все! Ложитесь! съ завтрашняго дня мы заживемъ счастливо.
На другой день Растиньякъ, уложивъ всѣ свои вещи, поручилъ старику Горіо перевезши ихъ вмѣстѣ съ его вещами, и самъ отправился на лекцію. Онъ не долго оставался въ классѣ. Вспомнивъ, что забылъ спрятать что-то въ сундукъ, онъ ускользнулъ вскорѣ послѣ переклички, и побѣжалъ на старую квартиру. Въ домѣ, кромѣ Сильвіи и старика Горіо, ровно никого не было. Едва онъ вышелъ какъ на улицѣ раздался стукъ экипажа, останавливающагося у самыхъ дверей дома Г-жи Воке. Изъ кареты выскочила Г-жа Нюсингенъ, и, спросивъ, тутъ ли еще отецъ ея, побѣжала прямо въ комнату отца. Евгеній былъ въ своей комнатѣ, хотя Горіо и не зналъ этого. Двери обѣихъ комнатъ были отворены въ корридоръ.
Баронесса, узнавъ, что можетъ смѣло говорить вслухъ, потому что всѣ ушли со двора, бросилась въ объятія отца, и вскричала, что она несчастна, что все потеряно. Евгеніи сталъ прислушиваться къ ихъ разговору, который вполнѣ объяснилъ ему затруднительное положеніе его возлюбленной. Преслѣдуемый адвокатомъ старика Горіо, который требовалъ разлука супруговъ относительно къ имѣнію и внесенія въ банкъ приданаго Дельфины на собственное ея имя, Г. Нюсингенъ пришелъ по утру къ женѣ съ двумя огромными книгами, показалъ ей откровенно состояніе своихъ дѣлъ, и присовокупилъ, что, если она съ отцемъ станутъ понуждать его внести приданое, онъ неминуемо долженъ будетъ объявить себя несостоятельнымъ. Онъ употребилъ ея приданое на разныя спекуляціи; чрезъ два или три года онѣ принесутъ ему большія выгоды, и тогда онъ охотно возвратитъ ей всю полученную за ней сумму; по въ эту минуту, испытавъ большія потери въ своихъ оборотахъ, онъ находится въ такомъ положеніи, что малѣйшее противное обстоятельство вовлечетъ его и ее въ конечное разореніе. Если она не хочетъ лишиться всего своего приданаго. То должна еще нѣсколько лѣтъ жить съ нимъ благовидно, и довольствоваться тѣми деньгами, которыя онъ будетъ отпускать ей только на необходимыя издержки. Чтобъ не уронить своего кредита, имъ не остается другаго средства, какъ выказывать наружно достатокъ, но за то внутри семейства соблюдать строжайшую бережливость. Вотъ тайна, почему онъ былъ такъ скупъ для ней въ послѣднее время! Онъ изъ экономіи, отпустилъ даже свою актрису, и совѣтуетъ ей подражать его умѣренности; а что касается до прочаго, то она можетъ считать себя совершенно свободною...
Старикъ Горіо бѣсился, и кричалъ, что онъ свернетъ шею этому мошеннику; Дельфина плакала, и говорила, что надобно подчиниться жестокой, необходимости; въ оледенѣломъ умѣ Евгенія всѣ его красныя мечты о богатствѣ, обѣщанномъ любовію, постепенно блѣднѣли, рѣдѣли и исчезали, какъ признаки въ глазахъ духовидца, которому пустили кровь изъ обѣихъ рукъ.
Еще карета остановилась у дома Г-жи Воке, и на лѣстницѣ послышался голосъ графини Ресто, которая спрашивала Сильвію, дома ли батюшка. Это обстоятельство спасло Евгенія: Дельфина только-что хотѣла войти въ его комнату, и онъ сбирался уже броситься на постель, чтобы показать, будто онъ спалъ и не слышалъ разговора Г-жи Нюсингенъ съ отцемъ. Дельфина вдругъ остановилась.