Онъ побѣжалъ къ Дельфинѣ, радуясь, что можетъ доставить ей удовольствіе, за которое, конечно, послѣдуетъ награда; Г-жа Нюсингенъ была въ ваннѣ. Растиньякъ остался въ будуарѣ, ожидая съ нетерпѣніемъ очень естественнымъ въ молодомъ человѣкѣ, который готовится принять въ первый разъ во владѣніе женщину любимую, предметъ его давнишнихъ желаній.
-- Барыня въ своей комнатѣ сказала ему черезъ нѣсколько времени Тереза.
Онъ затрепеталъ отъ радости. Дельфина небрежно лежала на софѣ у камина, Она была покрыта волнами кисеи, и ея не льзя было не сравнить съ однимъ изъ тѣхъ Индѣйскихъ растеній, которыхъ плодъ находится въ самомъ цвѣткѣ.
-- Такъ это вы? сказала она съ чувствомъ.
-- Угадайте, что я вамъ принесъ сказалъ Евгеній, сѣвъ подлѣ нея на софу и поцѣловавъ ея руку.
Г-жа Нюсингенъ вздрогнула отъ радости, взглянувъ на приглашеніе. Она обратила на Евгенія наполненные слезами глаза, и обвилась руками вокругъ его шеи, чтобы привлечь его къ себѣ, въ восторгѣ удовлетвореннаго тщеславія.
-- И это вы? (ты, сказала она ему на ухо: но будь остороженъ, Тереза въ этой комнатѣ). Вы доставили мнѣ это счастіе? Я вамъ обязана болѣе, чѣмъ жизнію. Никто до сихъ поръ не хотѣлъ представить меня въ этомъ заколдованномъ свѣтѣ. Я вамъ должна казаться очень мелочною, очень вѣтреною, совершенною Парижанкою; но я готова всѣмъ для васъ пожертвовать, и мнѣ хочется быть въ большомъ свѣтѣ всего болѣе по тому, что вы тамъ живете.
-- Не правда ли, госпожа Босеанъ, какъ будто говоритъ, что она не хочетъ, что бы вашъ мужъ былъ у нея на балѣ?
-- Кажется! Эти женщины одарены геніемъ для наглостей. Нужды лѣтъ. Я поѣду. Я знаю, что сестра моя тамъ будетъ, и что о на приготовила себѣ платье, усыпанное брилліантами. Она ѣдетъ туда, чтобы разсѣять ужасныя подозрѣнія, Вы не знаете, какіе слухи ходятъ объ ней по городу! Г. Нюсингенъ сказывалъ мнѣ сегодня утромъ, что вчера въ коммерческомъ клубѣ объ этомъ говорили вслухъ. Боже мой, отъ кого зависитъ честь женщинъ и семейства! Мнѣ было больно за сестру. Увѣряютъ, что Г. Траль надавалъ векселей на сто тысячь, что сроки ихъ почти всѣ вышли, и что ихъ хотятъ подашь ко взысканію. Въ этой крайности сестра моя продала свои брилліанты, прекрасные брилліанты, которые достались ей отъ матери ея мужа. Два дня только объ этомъ и толкуютъ. Разумѣется, что на балѣ она будетъ залита въ брилліантахъ, чтобы не оправдать толковъ. Но я не хочу отстать отъ нея. Она всегда старалась унизить меня; она никогда не была добра ко мнѣ, хотя я часто оказывала си услуги. У меня всегда были деньги, когда ей была нужда. Но оставимъ свѣтъ. Сего дня я хочу думать только о моемъ благополучіи.
Въ часъ но полуночи Растиньякъ былъ еще у Г-жи Нюсингенъ. При прощаньи, которое было тягостно, она сказала ему съ задумчивымъ видомъ.-- Я ужасная трусиха, суевѣрна или что вы хотите: я страхъ боюсь, что за мое благополучіе должна буду заплатить какимъ нибудь несчастіемъ...