-- Если вамъ угодно, сударыня, отвѣчалъ Магусъ улыбаясь, продать мнѣ ихъ, то я могу дать за большой брилльянтъ 75,000 франковъ, а за серьги и ожерелье -- всего на сумму 160,000 фр.
-- Отчего вы такъ сбавили цѣну? спросила удивленная вдова.
-- Сударыня, отвѣчалъ Магусъ, чѣмъ дороже камни тѣмъ дольше намъ приходится держать ихъ у себя; потому что покупщики на эти вещи бываютъ очень рѣдки, а если они у насъ долго пролежатъ, то это мертвый капиталъ, и мы лишаемся процентовъ въ той суммы, которую сами за нихъ заплатили. Вы, напримѣръ, сударыня, владѣли этими брилльянтами двадцать лѣтъ, и слѣдственно двадцать лѣтъ вы не получали процентовъ съ 400,000 фр. такъ что если вы ихъ надѣвали десять разъ въ годъ, то каждый разъ, этотъ нарядъ вамъ обходился въ 2,000 франковъ; -- сверхъ того иногда эти камни упадаютъ въ цѣнѣ -- вотъ вамъ, сударыня, причины по которымъ я полагаю такую великую разницу между покупкою и продажею.
-- Благодарю васъ за то, что вы мнѣ пояснили это дѣло: теперь я этимъ, по крайней мѣрѣ воспользуюсь....
-- А развѣ вы хотите продать ихъ? спросилъ съ живостью Еврей, бросивъ жадный взглядъ на вещи.
-- Ну оцѣните мнѣ остальное, сказала мадамъ д'Егмонти, мнѣ хочется знать, что могу я выручить за всё это.
Еврей сталъ разсматривать браслеты, серьги, жемчужныя брошки, бирюзовыя, изумрудныя, рубиновыя, коралловыя, и др. сортовъ туалетныя принадлежности, подносилъ ихъ къ свѣту, перебиралъ нитки жемчуга, а наконецъ сказалъ:
-- Сударыня, я не могу дать за все это болѣе 100,000 франковъ; но по настоящей цѣнѣ, эти вещи могли бы пойти въ 50,000 экю.
-- Я ихъ оставлю за собой! сказала мадамъ д'Егмонти.
-- Напрасно, сударыня; съ процентами, которые вы будете получать если продадите всѣ эти вещи, вы можете чрезъ пять лѣтъ купить точно такія же и такой же доброты, и кромѣ того у васъ будетъ капиталъ, хотя быть можетъ и не большой, -- но все же капиталъ.