Какъ и вся вообще влюбленная молодежь, Поль находилъ пріятнымъ проскакать четыре мили, чтобы провесть хотя одинъ часъ съ своею любезною Натали. Оставивъ своихъ друзей на охотѣ, онъ не переодѣваясь, прискакалъ въ Бордо въ шпорахъ, въ охотничьемъ платьѣ и съ арапникомъ въ рукахъ.
-- Ахъ! cher Поль вскричала Натали, вы и не подозрѣваете, какъ вашъ пріѣздъ кстати; какъ хорошо вамъ можно будетъ опровергнуть слова маркизы!
Графъ расхохотался, когда мадемуазель Натали на ухо расказала ему о всѣхъ сплетняхъ и слухахъ носившихся о немъ по городу.
-- Ужъ такъ и бытъ, chère mamab, сказавъ, улыбнувшись, Поль и цѣлуя руку у мадамъ д'Егмонти, зададимъ имъ на потѣху балъ, да такой, знаете, балъ какой обыкновенно въ Парижѣ даютъ народу на Елисейскихъ поляхъ; и если уже провинціаламъ нашимъ такъ этого хочется, то пригласимъ всѣхъ нашихъ знакомыхъ въ день торжественнаго подписанія контракта, чтобы на раставаньи они остались по крайней мѣрѣ, вами довольными
Вѣсть о предложеніи Поля скоро разнеслась по всему городу:-- всѣ съ нетерпѣніемъ ждали этаго дня.
Мадамъ д'Егменти пригласила весь городъ ко дню подписанія контракта, и желая опровергнуть всѣ прежнія нелѣпыя слухи о ней и о графѣ, высказала на этотъ разъ все свое величайшее великолѣпіе. Праздникъ былъ названъ "ночью камелій," на томъ основаніи, что въ день бала, входъ, парадная лѣстница и всѣ комнаты были вставлены этими цвѣтами. Приготовленія къ этому дню продолжались сорокъ почти дней, потому что надобно было время для учрежденія маіората и покупки земель принадлежавшихъ къ Ланстраку.
Съ тѣхъ поръ всѣ городскіе толки и сомнѣнія исчезли -- всякій готовился къ балу. О спорахъ по брачному договору не было и помину, не только въ городѣ, но даже и между зятевъ и тещею. Въ самый день подписанія контракта мадамъ д'Егмонти напала на мысль, что Матіясъ, замѣтивъ ея переговоры съ Солоне, могъ догадаться о заговорѣ и, что вѣрно эта старая лисица нашла какъ устроить дѣло въ пользу своего кліента.
День празднованія ночи камеліи имѣлъ такое большое вліяніе на будущность молодыхъ супруговъ, что объяснить всѣ внѣшнія обстоятельства его, намъ будетъ дѣломъ совершенно невозможнымъ. Къ чести мадамъ д'Егмонти нужно сказать, что она ничего не пожалѣла для этаго праздника: Дворъ былъ усыпавъ краснымъ пескомъ и великолѣпно освѣщенъ фонарями; вся лѣстница была въ шкальчикахъ и зеркалахъ, въ которыхъ отражались разноцвѣтныя камеліи и между ними тысячи маленькихъ огней. У подъѣзда около восьми часовъ стояла толпа любопытныхъ, и ожидала пріѣзда каретъ, Чтобы разглядывать наряды пріѣзжавшихъ дамъ и дѣвицъ. Въ этотъ день женихѣ и невѣста, мать съ двумя нотаріусами, обѣдали вмѣстѣ, за однимъ столомъ -- чего прежде никогда не случалось. Тутъ былъ также и первый повѣренный Матіяса, который долженъ былъ наблюдать за тѣмъ, чтобы контрактъ не былъ преждевременно прочтенъ кѣмъ либо изъ любопытныхъ.
Трудно было найти во всемъ свѣтѣ красавицу, которая бы въ этотъ день была лучше мадемуазель д'Егмонти. Тысячи мелкихъ локоновъ ниспадали на ея плеча, и оттѣняли бѣлое ея личико; про нарядъ ея уже нечего и говорить -- онъ былъ верхъ всего совершенства й великолѣпія. Мадамъ д'Егмонти одѣтая въ малиновое бархатное съ кружевными тюниками платье, съ намѣреніемъ выбранное, чтобы тѣмъ разительнѣе выказать бѣлизну своего лица съ своими черными волосами и пронзительными глазами, представляла собою прекрасную, сформированную женщину. Жемчужное ожерелье ея было застегнуто фермуаромъ, въ которомъ ярче всѣхъ камней блестѣлъ алмазъ герцога Альбы. Мадамъ д'Егмонти съ намѣреніемъ надѣла его на день бала: она хотѣла тѣмъ уничтожить слухи о его продажѣ.
Поль и Натали сидѣли на диванѣ въ отдаленіи и вовсе, казалось, не слушали отчета по опекѣ, который съ такимъ изысканнымъ стараніемъ и ревностью былъ въ слухъ читаемъ повѣреннымъ г. Матіяса. Оба равно молодые и влюбленные, не съ малою радостію смотрѣли они въ зеркало ихъ будущности: жизнь представлялась имъ нескончаемымъ наслажденіемъ; тихимъ голосомъ они разговаривали объ чемъ то про себя, но объ чемъ, читатель самъ можетъ догадаться, ибо какой можетъ быть разговоръ между влюбленными?...