-- Я ничего не вижу, -- сказал Понд. -- Что-то их встревожило!
-- Думаю, они услышали партию Дикого Билла. У лошадей слух намного лучше, чем у нас, и они слышат дрожание земли, на которое мы не обращаем внимания. Мне не нужен никакой часовой, кроме моего мустанга, и ваш Чёрный Ястреб, кажется, настороже благодаря инстинкту. Я залезу на свой сторожевой пост и осмотрюсь.
Надев на шею бинокль, техасец поспешно забрался на дерево. Усевшись на самых высоких ветках, он настроил бинокль и посмотрел на северо-восток.
-- Они уже здесь! -- крикнул он.
-- Кто? Что? -- довольно нервно воскликнул Понд.
-- Люди Чёрных холмов. Идут как ни в чём не бывало. Они растянулись на полмили. При правильном походном порядке они занимали бы сто ярдов. Скауты позади, впереди и по бокам, на расстоянии. Так мы путешествуем в Техасе.
-- Дикий Билл долго был скаутом. Думаю, он всё это знает, -- сказал Понд.
-- Куча скаутов, которые были с войсками дяди Сэма, это знает! -- с оттенком презрения сказал техасец. -- Попутешествовали бы они несколько месяцев с техасскими рейнджерами, тогда бы кое-чему научились. Вы идёте или стоите и всегда слышите рожки, которые говорят, что рядом индейцы. Утром, весь день, всю ночь они трубят и трубят в свои адские рожки. Техасские рейнджеры могут пройти сто миль, и их звук не разбудит койота. Сегодня люди Чёрных холмов идут медленно. Они ещё мучаются с похмелья.
-- Они это заслужили. Пьянство всегда наказывает пьяницу. Мне их не жалко.
-- Вы видите их со своего места? -- спросил техасец.