Мы переѣхали изъ деревни въ городъ: я замученъ скучными визитами. Знакомлюсь съ здѣшнимъ обществомъ, не надѣясь найти въ этомъ никакого удовольствія. Нечего дѣлать: надо повиноваться обычаю, тѣмъ болѣе, что обычай по большей части благоразуменъ. Я гляжу на себя, какъ на путешественника, который проѣзжаетъ скучныя, однообразныя степи. Проѣхавъ, онъ съ удовольствіемъ скажетъ: я их╝ видѣлъ. Прощай, до будущей недѣли.-- Е. Б.! Благодарю тебя за какао. Вѣроятно, рублей 15 стоила пересылка; на остальные, если можно, пришли новыя баллады Жуковскаго.
25.
(1832).
Благодарю тебя и за коротенькое письмо, но не лѣнись и на обѣщанное пространное. Ты, я думаю, теперь чрезмѣрно озабоченъ своимъ журналомъ, и тебѣ остается мало времени на переписку. Мнѣ немного совѣстно заставлять тебя думать обо мнѣ, но ты извинишь мнѣ это. Я то же не безъ заботъ, хотя другого рода. Губернская свѣтская жизнь довольно утомительна, и то выѣзжая, то принимая у меня, мало остается досуга. Языковъ расшевелилъ меня своимъ посланіемъ. Оно -- прелесть. Такая ясная грусть, такое граціозное добродушіе! Такая свѣжая чувствительность! Какъ цвѣтущая его муза превосходитъ всѣ паши блѣдныя и хилыя! У нашихъ -- истерика, а у ней настоящее вдохновеніе!-- Я познакомился съ Арцыбашевымъ. Человѣкъ очень ученый и въ разговорѣ болѣе приличный, нежели въ печати, впрочемъ весь погрязшій въ изысканіяхъ. Выше хронологическихъ чиселъ онъ ничего не видитъ въ исторіи. Здѣшніе литераторы (можешь вообразить -- какіе) задумали издавать журналъ и просятъ меня въ немъ участвовать. Это -- въ числѣ непріятностей моей здѣшней жизни. Многіе имѣютъ здѣсь мои труды и Пушкина, но переписные, а не печатные. Надо продавать книги наши подешевле. Отсылаю тебѣ Телескопъ. Прощай, спѣшу посылать на почту, гдѣ между прочимъ лежитъ ко мнѣ посылка, надѣюсь, что отъ тебя съ Европейцемъ.
26.
(1832).
Европеецъ твой безподобенъ. Мысли, образъ выраженія, выборъ статей, все небывалое въ нашихъ журналахъ со временъ В ѣ стника Европы Карамзина, и я думаю, что онъ будетъ имѣть столько же успѣха, какъ сей послѣдній, ибо, для своего времени онъ имѣетъ всѣ достоинства, которыя тотъ имѣлъ для своего. Только не покидай своего дѣла. Всѣ статьи, тобою писанныя, особенно замѣчательны. Обозрѣніе 19-го вѣка богато мыслями, но ежели бы мы были вмѣстѣ, я въ нѣкоторыхъ съ тобою бы поспорилъ. Это -- не критика. Предметъ такъ обширенъ, что можно глядѣть на него съ множества разныхъ точекъ, и замѣчаніе мое доказываетъ только, что ты разбудилъ во мнѣ мысленную дѣятельность. О слогѣ
Виллемена статья прекрасная. Нельзя болѣе сказать въ меньшихъ словахъ съ такою ясностію и съ такимъ вкусомъ, съ такою правдою. И Виллеменъ, и Бальзакъ оцѣнены вполнѣ и отмѣнно справедливо. Разборъ "Годунова" отличается тою же вѣрностію, тою же простотою взгляда. Ты не можешь себѣ представить, съ какимъ восхищеніемъ я читалъ просвѣщенныя страницы твоего журнала, самъ себѣ почти не вѣря, что читаю русскую прозу, такъ я привыкъ почерпать подобныя впечатлѣнія только въ иностранныхъ книгахъ. Посылаю тебѣ небольшое стихотвореніе Перцова, которымъ я очень недоволенъ. Онъ много мнѣ читалъ лучшаго, и не знаю, почему выбралъ эту пьесу для Европейца. Я съ нимъ объ этомъ поговорю. Онъ мнѣ читалъ комедію, написанную прекраснѣйшими стихами, исполненную остроумія, и ея многіе характеры изображены вѣрно и живо. Онъ -- съ рѣшительнымъ талантомъ; но видно, не всѣ роды ему одинаково даются.
Здорова ли твоя маменька? Давно мы отъ нея ничего не имѣемъ. Поцѣлуй у нея за меня ручки и напомни обо мнѣ Алексѣю Андреевичу.
Скажи, сдѣлай одолженіе, отправилъ ли ты мнѣ мой какао? Я до сихъ поръ его не получилъ.