Маленькая комнатка, не больше пяти шаговъ въ квадратѣ, два окошка, глазокъ въ двери, тюфякъ изъ маисовой соломы съ двумя одѣялами, открытый очагъ, двѣ иконы, стулъ, кресло -- больше ничего. Но изъ стѣнной ниши Доротея радостно достала чудесныя вещи: бутылку вина, кусокъ пирога, домашней копченой колбасы, масла, соли и хлѣба.
Георгъ проголодался, и оба усѣлись, какъ мужъ и жена, за столъ. Но едва взявъ въ ротъ первый кусокъ колбасы и увидѣвъ нѣжный взглядъ возлюбленной, съ интересомъ слѣдившей, понравится ли ему новое кушанье, Георгъ почувствовалъ, что, восхищаясь ея милой, богатой душой, почти забылъ о ея краоотѣ. И они стали цѣловаться и только долго спустя, нѣсколько успокоившись, принялись за ѣду.
Когда вѣтеръ сталъ забираться въ дверную щель, Георгъ и Доротея развели огонь въ очагѣ, и стало тепло и свѣтло. Георгъ затворилъ окна и вмѣстѣ съ Доротеей прилегъ на соломенный тюфякъ.
Изрѣдка вѣтеръ на минутку затихалъ, и только шелестѣлъ дождь, Георгъ слышалъ тогда тихое звучное гудѣніе и подумалъ, что это гудитъ огонь въ очагѣ.
-- Нѣтъ,-- оказала Доротея, -- это Драускій колоколъ.
-- Что это за колоколъ?-- спросилъ онъ.
-- Я разскажу тебѣ, только ты не смѣйся надо мной.-- Тамъ, гдѣ граница Штиріи проходитъ около Керитена, стоитъ на утесѣ надъ Драу церковка -- Марія на Камнѣ. Въ ней былъ прекрасный колоколъ, такой мягкій и нѣжный, какъ голосъ Божьей Матери, поющей колыбельную пѣснь. Этотъ колоколъ поставили словинцы. Еще въ церкви былъ органъ, онъ игралъ великолѣпно, совсѣмъ какъ хоры святыхъ, когда они воспѣваютъ Бога: органъ пожертвовали нѣмцы. И колоколъ и органъ были душой страны. Колоколъ призывалъ людей въ обитель мира, а органъ разсказывалъ имъ о великихъ дѣяніяхъ Божіихъ.
Триста лѣтъ назадъ въ общинѣ былъ злой священникъ, который убѣдилъ крестьянъ продать нѣмецкій органъ, потому что внизу въ селѣ былъ другой. На вырученныя деньги они должны были купить ружья и самострѣлы -- въ тѣ времена крестьяне воевали съ господами. И колоколъ отправили по рѣкѣ въ Петтау и тамъ продали въ нѣмецкую церковь.
Въ тотъ же вечеръ старый школьный учитель, у котораго органъ былъ единственнымъ утѣшеніемъ, со слезами взялся за веревку колокола, чтобы послать народу ангельскій привѣтъ. Но колоколъ молчалъ. Старикъ принялся дергать веревку изо всѣхъ силъ. Тогда колоколъ вдругъ сорвался съ мѣста, вылетѣлъ изъ окна колокольни и со стономъ бросился въ Драу, словно съ тоски по органѣ.
Теперь онъ то катится то ползетъ, какъ большая черепаха, по дну зеленой рѣки вверхъ, къ Петтау. Иногда онъ зацѣпляется за камень или за тонувшее дерево или заполняется неподвижнымъ пескомъ и тогда замолкаетъ. Пока онъ добрался только до Святого Освальда, выше Марбурга. Но онъ будетъ ползти дальше по дну, за прежнимъ согласіемъ. И въ тотъ день, говорятъ старые люди, когда онъ приплыветъ къ Петгау, и его поднимутъ на колокольню, и вмѣстѣ съ органомъ онъ опять станетъ взывать къ людскимъ сердцамъ, въ тотъ день заключится, наконецъ, миръ между словинцами и нѣмцами, и всѣ поймутъ другъ друга во имя Божіе.