Гиммельмейеръ улыбнулся, потомъ оказалъ:
-- Я долженъ излить свое сердце, мой милый, иначе оно разорвется.
-- Развѣ вы несчастливы?
-- Ты, Георгъ, ты долженъ говорить ты,-- поправилъ Гиммельмейеръ, и Георгъ успокоился отъ его спокойнаго тона.
-- Такъ что же съ тобой?:-- робко спросилъ онъ.
-- Представь себѣ,-- отвѣтилъ Гиммельмейеръ,-- я влюбленъ превыше всякой мѣры.
-- Да вѣдь это съ тобой часто случается,-- отозвался Георгъ.
-- Ахъ, Георгъ, Георгъ, а развѣ ты самъ думалъ когда-нибудь въ угоду любимой дѣвушкѣ засохнуть, или, еще того хуже, превратиться въ чиновника?
-- Если бы пришлось...-- осторожно, но съ непріятнымъ чувствомъ проговорилъ Георгъ.
-- Или разойтись съ женой?-- продолжалъ Гиммельмейеръ.