-- Вы, конечно, не думаете, что я исполню все?
-- Не думаю; но вы и не выиграете 1000 дол., если не исполните.
-- Нѣтъ, я исключаю танцы на ходуляхъ; я не хочу рисковать сломать себѣ шею.
При этомъ были свидѣтели, которые вступились -- кто за того, кто за другаго. Барнумъ приглашаетъ Робертся объясниться наединѣ и и они удаляются въ особую комнату. Здѣсь, оставшись съ глазу на глазъ, Барнумъ напомнилъ Робертсу, что въ объявленіи было сказано ясно: "1000 дол. тому, кто исполнитъ все, что исполняетъ Вивалла". Робертсъ возразилъ, что у него есть свои штуки, которыхъ не сдѣлаетъ Вивалла. "Можетъ-быть", отвѣчалъ Барнумъ, "но не въ этомъ вопросъ". Робертсъ началъ горячиться и говоритъ колкости; но Барнумъ остановилъ его съ совершеннымъ спокойствіемъ.
-- Не сердитесь, Робертсъ, сказалъ онъ: -- и вы найдете во мнѣ не врага, а друга. Скажите, ангажированы ли вы въ циркъ Грина.
-- Нѣтъ,
-- Ну, такъ я васъ приглашаю и даю вамъ 30 дол., если вы будете слѣдовать моему совѣту. Вы, вѣроятно, догадываетесь, что я думаю не объ одной настоящей минутѣ. Подпишите же наше условіе и будьте спокойны.
Робертсъ подписалъ.
На другой день Барнумъ тайно свелъ обоихъ соперниковъ, и они взаимно передали другъ другу каждый свое искусство.
Между-тѣмъ, газеты возвѣстили предстоящее состязаніе, и публика пришла въ лихорадочное волненіе. Съ одной стороны, закипѣли тѣ, которые успѣли очароваться Виваллой; съ другой, поднялись патріоты за Робертся, какъ кровнаго американца. Въ назначенный вечеръ зала театра наполнилась до-нельзя, и Барнумъ ощутилъ сладость достигнутой цѣли. Конецъ дѣла онъ видѣлъ уже ясно, какъ въ зеркалѣ.