Беззаботная детская болтовня наносила один укол за другим, и сердце ныло безостановочно. Но Аржанов крепился и тихим голосом говорил, как устроены сетки для ловли раков. Вспомнил и о своем детстве.
-- Весело тебе было, папочка?
-- Весело.
Нарочно улыбался и, как всегда, разглаживал усы, старался быть похожим на того папочку, которого знали и любили дети.
Сонюшка взобралась к нему на колени. Видно, приревновала к брату и захотела свой разговор затеять. Заиграла цепочкой от часов.
-- Золотая, папочка?
-- Золотая.
-- Какая тяжелая. Вот тяжелая. Страсть.
Глаза уже не видели ни Федуна, ни Сони. Аржанов делал отчаянные усилия воли. Не хотелось распускаться при детях. Только напугаешь.
Разноцветные круги плыли перед глазами. Один -- точно из синего бархата, другой -- из желтого. Следил за ними.