-- Но я его совсем не знаю, -- возразила девушка, -- я только видела его портрет на афише. Он мне очень понравился: такой черный и такой веселый!
-- Знаете что, мисс, я сейчас иду к нему, пойдемте вместе?
Девушка уже шла покорно с Гарриманом, как прирученный молодой олень, осторожно переставляя свои стройные ножки, чуть покачиваясь на ходу хрупкой нежной фигурой. При этом вопросе Гарримана она вновь испуганно остановилась.
-- О, нет, нет! Пустите меня!
Но Гарриман продолжал твердо стоять на своем.
Рядом доводов и убеждений, может быть, не вполне ясных и логичных, но рассказанных самым убедительным тоном, он доказывал незнакомке, что, проведя ночь в сквере, надо хотя немного отдохнуть.
Усталость сделала свое дело. В помраченном от горя сознании ее он, Гарриман, казался ей близким, почти родным...
Она позволила довести себя до таксомотора, и мальчуган, никогда еще не ездивший в них, тем не менее громко и отчетливо приказал ехать по адресу Голоо, на Беккер-стрит.
Весь путь девушка молчала.
Почти у конца пути она с внезапной решимостью вдруг произнесла: