Манфредъ является тѣмъ произведеніемъ Байрона, въ которомъ онъ далъ прекраснѣйшее въ поэтическомъ смыслѣ выраженіе міровой скорби. Но это не пресыщеніе, проистекающее изъ безразсудно потраченныхъ силъ: что -- борьба съ тою властью, которая заставляетъ бѣднаго смертнаго сдѣлаться преступнымъ, это -- отчаяніе при мысли о поступкѣ, превращающемъ для героя міръ въ пустыню. И эта пустыня, естественно, представляется ему подъ бичомъ знойнаго урагана:
...Жизнь глубоко презиралъ я,
Хотя меня никто не звалъ жестокимъ.
На злое дѣло не былъ я способенъ;
За то я зло любилъ искать повсюду.
Я -- какъ самумъ: дыханьемъ раскаленнымъ
Онъ на пути все жжетъ и пожираетъ;
Онъ носятся въ одной пустынѣ мертвой,
Гдѣ не ростеть ни травки, ни былинки,
Гдѣ онъ одинъ въ песчаномъ океанѣ