Свистѣвшій надъ твоею головою,
Несущій дивнымъ прелестямъ конецъ,
Наполнилъ грудь тревогою живою.
Самъ демонъ, вѣрно, видѣлъ какъ нибудь
Твою красу и съ завистью тлетворной
Онъ измѣнилъ свинца невинный путь
И на тебя рукой направилъ черной.
Да, въ этотъ часъ, едва не роковой,
Повиновалась пуля кознямъ ада,
Но небеса послали вѣтеръ свой,