И вновь всё въ мракъ погружено
И недоступно и темн о.
LXXXII.
Гдѣ жь гордый Римъ? гдѣ та минута,
Когда кинжалъ геройскій Брута
Блескъ побѣдителя смутилъ
И лавры славы заслужилъ?
И гдѣ теперь пѣвецъ Виргилій?
Увы гдѣ Туллія языкъ?
Гдѣ, наконецъ, и ты, Титъ-Ливій?