Тогда сіяющій ихъ ликъ
Былъ воскресеніемъ для Рима.
Всё остальное -- смерти тьма.
Сіянье строгаго ума
Для насъ теперь неуловимо.
Ихъ взглядъ такъ строгъ и свѣтелъ былъ,
Когда ты, Римъ, свободно жилъ.
LXXXIII.
О ты, всегда счастливый, Силла! 26)
Ты, покорявшій всѣхъ враговъ,