И угрызенье и тоска;
Имъ неизвѣстные пока.
CXXXVIII.
И такъ, привѣтъ тебѣ, богиня!
Ты возбуждаешь въ насъ не страхъ,
Но уваженье. Въ тѣхъ мѣстахъ,
Гдѣ спитъ въ развалинахъ пустыня,
Являлась ты порей ночной,
Какъ ризой, скрыта темнотой,
Въ мѣстахъ, гдѣ плющъ по камнямъ вьётся,