LXXXI.
Онъ былъ умёнъ -- а съ этимъ всякій, кому ничего не стоитъ отступить отъ своихъ убѣжденій, съумѣетъ высунуться вперёдъ и не пропустить ни одного мѣсяца, чтобъ не заставить о себѣ говорить. Вѣдь и честные люди любятъ обращать на себя вниманіе. Но, однако, пора возвратиться къ моему разсказу. Гдѣ же мы остановились? А, да!-- на третьей пѣснѣ, на прекрасной парочкѣ, на исторіи ихъ любви, ихъ праздникѣ, домѣ, туалетѣ и, вообще, на описаніи ихъ жизни на островѣ.
LXXXII.
Ихъ поэтъ, при всёмъ своёмъ непостоянствѣ, былъ, однако, очень весёлымъ собесѣдникомъ, особенно въ полупьяной компаніи за столомъ. Хотя болтовня его не всегда была понятна для присутствующихъ, тѣмъ не менѣе отчасти заслуживала одобреніе, порой даже въ видѣ дикаго рева или икоты. Лестная заслуга общественнаго одобренія обыкновенно трудно объяснима даже для ея виновника.
LXXXIII.
Бывъ теперь принятъ въ лучшемъ обществѣ и сочинивъ, во время своихъ путешествій, даже нѣсколько стихотвореній въ честь свободы, онъ думалъ, что среди друзой, на этомъ пустынномъ островѣ, можно безопасно перестать лгать и, продавшись давно забытому вдохновенью своей молодости, заключить на нѣкоторое время перемиріе съ правдой.
LXXXIV.
Посѣтивъ Аравію, Турцію и Францію, онъ хорошо изучилъ честолюбивыя струны этихъ народовъ и, имѣя дѣло съ людьми всѣхъ состояній, постоянно держалъ наготовѣ стихотвореніе, требуемое обстоятельствами, помня, что всегда заслуживалъ этимъ путемъ благодарность и подарки. Варьируя до безконечности свои пріёмы и помня правило: "съ волками жить, по-волчьи выть", сообразно съ тѣмъ держалъ онъ себя и въ Греціи.
LXXXV.
Когда его просили что-нибудь спѣть, онъ всегда старался угодить національному вкусу, что бы это ни было: "God save the king" или "Ça ira", {Французская революціонная пѣсня.} Сообразно съ модой, Муза его извлекала пользу изъ всего, начиная съ высшаго лиризма и кончая самымъ прозаическимъ раціонализмомъ. Если Пиндаръ воспѣвалъ лошадиныя скачки, то почему же не обладать гибкостью Пиндара и ему?