Мгновенье передъ тѣмъ, она -- вся въ слезахъ -- была нѣжнымъ, слабымъ ребёнкомъ; теперь же, презрѣвъ всякій человѣческій страхъ, стояла гордая, блѣдная, какъ статуя, и смѣло ожидала готоваго разразиться надъ ней удара. Она, казалось, стада гораздо выше своего роста и держалась прямѣе обыкновеннаго, какъ бы для того, чтобъ ещё болѣе увеличить цѣль для выстрѣла. Пристально смотрѣла она въ глаза отцу, но не думала останавливать его руки.
XLIV.
Глядя на нихъ, нельзя было не подивиться, до чего они походили другъ на друга, стоя въ этомъ положеніи и пронзая другъ друга взглядами. Выраженіе лицъ было совершенно одинаково: та же дикая рѣшимость, тотъ же блескъ большихъ чёрныхъ глазъ, метавшихъ пламя, потому-что и она была способна на мщенье, если бы къ тому представился случай. Это была львица, хотя и ручная! Кровь отца заговорила въ ней и тѣмъ доказала, ясно какъ день, что была одного съ нимъ происхожденія.
XLV.
Они были поразительно похожи другъ на друга, какъ чертами лица, такъ и всей фигурой. Вся разница заключалась въ годахъ и полѣ. Даже ихъ маленькія, прекрасно сформированныя руки свидѣтельствовали о равномъ достоинствѣ ихъ крови. И теперь видъ ихъ, стоявшихъ съ дикой свирѣпостью во взглядѣ, тогда-какъ имъ слѣдовало привѣтствовать другъ друга слезами радости, показывалъ, до чего можетъ довести страсть, достигшая полнаго своего развитія.
XLVI.
Ламбро остановился на мгновенье и снова засунулъ пистолетъ за поясъ. Затѣмъ, пристально посмотрѣвъ въ лицо дочери, какъ бы желая проникнуть въ самую глубь ея души, онъ сказалъ: "не я искалъ погибели этого чужестранца! не я причиной того, что случилось! Не многіе вынесли бы такое оскорбленіе, воздержавшись отъ убійства; но я долженъ исполнить свою обязанность. Что же касается того, какъ ты исполнила свою -- настоящее говоритъ за прошлое.
XLVII.
"Пускай броситъ онъ немедленно своё оружіе или, клянусь головой моего отца, его собственная скатится къ твоимъ ногамъ, какъ шаръ!" Съ этими словами онъ вынулъ свистокъ -- и свистнулъ. Ему отвѣтили тѣмъ же -- и въ то же мгновенье толпа людей, вооруженныхъ съ головы до ногъ и предводимыхъ, хотя я въ безпорядкѣ, начальникомъ, ворвалась въ комнату. "Возьмите этого человѣка, живаго или мёртваго!" сказалъ Ламбро.
XLVIII.