XXXI.
Мусульмане также понесли значительный уронъ людьми и судами. Видя, однако, что враги отступаютъ, отрядъ, вскочивъ на суда, бросился въ погоню за русскими, осыпая удалявшихся мѣткимъ огнёмъ, и попробовалъ даже сдѣлать высадку на берегъ. Но это имъ не удалось. Графъ Дамасъ загналъ ихъ обратно въ рѣку, искрошивъ весь отрядъ до-того, что описаніемъ происшедшей рѣзни можно было наполнить цѣлый нумеръ газеты.
XXXII.
"Вздумай я (говоритъ историкъ) описывать подвиги, совершонные русскими въ этотъ день, то увѣренъ, что не сказалъ бы всего, еслибъ даже исиисалъ цѣлые томы." Сказавъ это, онъ не говоритъ болѣе ничего; но за-то распространяется въ похвалахъ знатнымъ иностранцамъ, присутствовавшимъ въ этой битвѣ. Такимъ-образомъ, имена принца де-Линя, Лаижерона и Дамаса прославились на-ряду съ великими именами, начертанными на скрижаляхъ славы.
XXXIII.
Примѣръ этотъ показываетъ намъ, что такое слава. Сколько простыхъ читателей даже и не знаютъ о существованіи этихъ трёхъ "preux chevaliers" (которые, можетъ-быть, существуютъ и до-сихъ-поръ). Славу можно и пріобрѣсти и потерять въ одно мгновенье. Надо сознаться, что счастье необходимо и для славы. Впрочемъ, "Мемуары принца де-Линя" приподняли нѣсколько покровъ забвенья съ его имени.
XXXIV.
Во всякомъ случаѣ, это -- люди, сражавшіеся храбро я доблестно, какъ настоящіе герои, но, къ сожалѣнію, имена ихъ, потерявшись въ вихрѣ событій, упоминаются весьма рѣдко и ещё рѣже отыскиваются. Такимъ-образомъ, даже славныя имена претерпѣваютъ печальную долю быть забытыми прежде времени. Держу пари, что вы, читая реляціи, не упомните и девяти имёнъ изъ сонма отличившихся въ любой битвѣ.
XXXV.
Короче, какъ ни славна была описанная аттака, она всё-таки обнаружила -- то тамъ, то здѣсь -- кое-какіе недостатки. Адмиралъ Рибасъ (извѣстный въ Русской Исторіи) настаивалъ на необходимости приступа; но предложеніе это встрѣтило много противниковъ, какъ между стариками, такъ и между молодыми. Въ совѣтѣ затѣялся длинный споръ. Но тутъ "я долженъ остановиться, потому-что -- вздумай я описывать рѣчи каждаго воина -- пожалуй, не много найдётся читателей, которые рѣшатся одолѣть крѣпость моей поэмы.