XLI.
Такъ-какъ вся ихъ обязанность заключалась только въ тонъ, чтобъ быть дерзкими съ публикой. Это ихъ обыкновенное занятіе въ различныхъ департаментахъ, какъ военныхъ, такъ и мирныхъ дѣлъ. Если вы этому не вѣрите, спросите любого изъ вашихъ знакомыхъ, если ему случалось хлопотать но поводу полученія паспорта, или чего-либо подобнаго, учреждённаго для стѣсненія свободы. (Очень непріятная коммиссія!) Держу пари, что онъ нашелъ этихъ дармоѣдовъ государственныхъ доходовъ, подобно болонкамъ, самыми грубыми изъ всѣхъ собакъ.
XLII.
Но Жуанъ былъ всюду принимаемъ съ "empressement", то-есть съ распростёртыми объятіями. Это утончённое выраженіе я долженъ былъ занять у нашихъ сосѣдей, обладающихъ готовыми фразами (подобно шахматнымъ ходамъ) для выраженія и горя, и радости-словомъ, всего, какъ на словахъ, такъ и въ печати. Жители острововъ въ своихъ выраженіяхъ болѣе прямы и просты, чѣмъ жители континента. Можно подумать, что морской воздухъ (примѣръ -- рыбныя торговки въ Биллингсгэтѣ) дѣлаетъ языкъ свободнѣе и развязнѣе.
XLIII.
Въ англійскомъ выраженіи "damn me" есть что-то аттическое и передъ нимъ покажутся неприличными всѣ континентальныя клятвы. Ихъ не захочетъ повторить ни одинъ кровный аристократъ, а потому объ этомъ предметѣ перестану говорить и я, не желая быть еретикомъ въ учтивости и произносить оскорбляющія её слова. Но "damn me" -- почти эфирно, хотя и довольно смѣло. Это платонизмъ брани и эссенція клятвъ.
XLIV.
Грубой откровенности довольно и въ Англіи. Что же касается истинной или фальшивой вѣжливости (встрѣчаемой весьма рѣдко въ настоящее время), то для того, чтобы найти ее, надо переплыть лазурную глубину и прорвать бѣлую пѣну, причёмъ первая будетъ эмблемой оставляемаго вами за собою (хотя -- не всегда), а вторая -- эмблемой того, что васъ ожидаетъ впереди. Но мнѣ нѣтъ времени расплываться въ общихъ мѣстахъ. Въ поэмахъ слѣдуетъ соблюдать единство, доказательствомъ чего можетъ служить вамъ моя.
XLV.
Въ большомъ свѣтѣ Лондона -- то-есть въ западной и самой скверной его части, гдѣ живутъ около четырёхъ тысячъ человѣкъ, воспитанныхъ не для того, чтобъ быть умными или острыми, а только, чтобъ просиживать ночи, когда прочіе люди спятъ, и смотрѣть на весь міръ свысока и съ видомъ сожалѣнія -- Жуанъ, какъ признанный патрицій, былъ прекрасно принятъ всѣмъ высшимъ обществомъ.