XVIII.
"Смертнымъ не дано повелѣвать успѣхомъ; но ты, Семпроній, сдѣлай болѣе: не старайся его добиваться" {"Смертнымъ не дано повелѣвать успѣхомъ; но мы, Семпроній, сдѣлаемъ болѣе: мы его заслужимъ." Катонъ. } и тогда -- даю тебѣ мой слово -- ты получишь не меньше! Будь остороженъ, подстерегай удобную минуту и старайся всегда ею воспользоваться. Уступай, когда увидишь, что сопротивленіе слишкомъ велико; что же касается твоей совѣсти, то старайся только её выдрессировать, какъ дрессируютъ скакуна или искуснаго боксёра, и тогда ты увидишь, что она сдѣлается способной выносить безъ усталости всевозможныя напряженія.
XIX.
Лордъ Генри любилъ первенствовать, подобно всѣмъ людямъ -- всё-равно, значительнымъ или ничтожнымъ. Самые низкостоящіе находятъ стоящихъ ещё болѣе низко (или, по крайней мѣрѣ, они такъ думаютъ) и пытаются показать надъ ними своё превосходство. Ничто не утомляетъ такъ, какъ подавляющая тяжесть нераздѣлённой гордости, почему смертные всегда великодушно и охотно раздѣляютъ её, заставляя другихъ, плетущихся пѣшкомъ, нести её на себѣ, въ то время, какъ сами совершаютъ свой путь верхомъ.
XX.
Будучи равнымъ Жуану по сану, по рожденію и по богатству, лордъ Генри не могъ требовать отъ него подчиненія. Но за-то онъ былъ старше его годами и, сверхъ-того, считалъ своё отечество стоящимъ выше, чѣмъ родина Жуана, такъ-какъ смѣлые британцы пользуются свободой слова и пера, къ чему тщетно стремятся всѣ современныя націи. Наконецъ, лордъ Генри былъ замѣчательный ораторъ, вслѣдствіе чего только очень немногіе изъ членовъ Палаты оставляли её позднѣе его.
XXI.
Въ этомъ состояли его преимущества. Сверхъ-того, онъ имѣлъ слабость -- въ которой, впрочемъ, не было ничего особенно-дурного -- состоявшую въ томъ, что онъ считалъ себя знающимъ лучше, чѣмъ кто-нибудь другой, тайны двора, такъ-какъ былъ прежде министромъ. Онъ очень любилъ хвастаться этими свѣдѣніями и охотно дѣлился ими со всѣми, причёмъ блисталъ въ особенности тогда, когда на политическомъ горизонтѣ ожидались какія-нибудь замѣшательства. Словомъ, онъ соединялъ въ себѣ всѣ качества, украшающія человѣка, причёмъ былъ всегда патріотомъ, а иногда и государственнымъ человѣкомъ.
XXII.
Онъ полюбилъ любезнаго испанца за его серьёзность и почти уважалъ его за уступчивость -- до-того Жуанъ умѣлъ, не смотря на свою молодость, уступать и противорѣчить съ тактомъ, сохраняя собственное достоинство. Лордъ Генри зналъ жизнь и не видѣлъ испорченности въ недостаткахъ, иногда доказывающихъ только плодородіе почвы, лишь бы дурныя тр а вы не переживали первую жатву, потому-что тогда ихъ было бы уже слишкомъ трудно искоренить.