LXXXIII.
Да, я видѣлъ болѣе, чѣмъ разсказываю! Но не взглянуть ли намъ лучше, что дѣлаетъ наша деревенская знать. Вся компанія состояла человѣкъ изъ тридцати трёхъ -- изъ особъ самой чистой крови, настоящихъ браминовъ хорошаго тона. Называя нѣкоторыхъ гостей, я сдѣлалъ выборъ чисто наудачу, не обращая вниманія на степень ихъ знатности, причёмъ руководствовался единственно требованіемъ риѳмъ. Между ними случайно попалось для дополненія и нѣсколько ирландскихъ абсентоистовъ.
LXXXIV.
Былъ тутъ Пароллесъ, законникъ-буянъ, сражавшійся, впрочемъ, только въ судѣ и сенатѣ; если же вызовъ встрѣчалъ его въ другомъ мѣстѣ, то онъ всегда предпочиталъ слова всѣмъ другимъ способамъ обороны. Былъ тутъ и молодой поэтъ Рэкраймъ, недавно появившійся на литературномъ поприщѣ и блиставшій шестинедѣльной славой. Былъ лордъ Пирро -- великій мыслитель, и сэръ Джонъ Поттльдинъ -- великій пьяница.
LXXXV.
Былъ герцогъ Дэшъ, бывшій герцогомъ отъ головы до пятокъ; было двѣнадцать пэровъ, весьма похожихъ на пэровъ Карла Великаго, и, притомъ, до-того обличавшихъ -- какъ своей наружностью, такъ и умомъ -- принадлежность къ этому званію, что навѣрно ни одинъ глазъ и ни одно ухо не приняло бы ихъ за членовъ Нижней Палаты. Было шесть дѣвицъ Раубольдсъ -- очаровательныхъ созданій, полныхъ поэзіи и чувства, и чьи сердца гораздо болѣе стремились къ аристократическимъ коронамъ, чѣмъ къ монастырю.
LXXXVI.
Было четверо достопочтенныхъ джентльменовъ, пользовавшихся этимъ прилагательнымъ болѣе по титулу, чѣмъ но заслугамъ. Былъ доблестный кавалеръ Де-ла-Рюзъ -- подарокъ, которымъ почтила насъ Франціи и Фортуна. Главное его достоинство заключалось въ умѣньи забавлять общество. Впрочемъ, клубы находили его шутки иногда слишкомъ серьёзными, потому-что сила его очарованья была такъ велика, что ей повиновались иной разъ даже игральныя кости.
LXXXVII.
Былъ Дикъ Дубіусъ, метафизикъ, любившій пофилософствовать и хорошо пообѣдать; Эигль, называвшій себя математикомъ; сэръ Генри Сильверконъ -- побѣдитель на всѣхъ скачкахъ; преосвященный Родомонтъ Пресиженъ, ненавидѣвшій грѣшниковъ гораздо болѣе, чѣмъ грѣхъ, и, наконецъ, лордъ Августъ Фицъ-Плантагенетъ -- мастеръ на всё, но преимущественно на держаніе пари.