При взглядѣ на этотъ совершенно невѣдомый ей міръ, она, казалось, вовсе и не желала его узнать. Молчаливая и одинокая, она росла, какъ цвѣтокъ, и сердце ея оставалось спокойнымъ. Уваженіе, которое ей оказывали, отзывалось чѣмъ-то похожимъ на благоговѣніе. Духъ ея, казалось, обиталъ на какомъ-то тронѣ, стоявшемъ совершенно особо отъ окружавшаго его міра и прочномъ одной своей крѣпостью. Замѣчательное явленіе въ существѣ столь молодомъ!
XLVIII.
Случилось какимъ-то образомъ, что Аврора оказалась пропущенной въ спискѣ Аделины, не смотря на то, что родъ ея и богатство давали ей право сіять въ нёмъ гораздо ярче описанныхъ нами очаровательницъ. Красота ея также была однимъ изъ тѣхъ качествъ, которыя никакъ не могли помѣшать упомянуть о ней, какъ о дѣвушкѣ, обладающей всевозможными добродѣтелями и вполнѣ достойной любого холостяка, желающаго удвоиться.
XLIX.
Этотъ пропускъ, напоминающій отсутствіе бюста Брута въ процессіи Тиверія {Тацитъ, кн. VI.}, не могъ не возбудить удивленія Жуана, которое и было выражено имъ на половину съ улыбкой, на половину серьёзно, на что Аделина, съ оттѣнкомъ нѣкотораго презрѣнія и сухости, не преминула возразить, что она никакъ не можетъ понять, что онъ могъ найти хорошаго въ этомъ холодномъ, молчаливомъ и аффектированномъ ребёнкѣ -- Аврорѣ Рэби?
L.
Жуанъ замѣтилъ ей, что Аврора, какъ католичка, была болѣе для него подходящей парой, тѣмъ болѣе, что его мать -- въ чёмъ онъ былъ вполнѣ увѣренъ -- захворала бы отъ ужаса, а папа поразилъ бы его громами своего отлученія, еслибъ... Но Аделина, страстно любившая навязывать свои мнѣнія другимъ, прервала его на полусловѣ и повторила, по обыкновенію, свои прежніе резоны слово въ слово.
LI.
И почему же ей было этого не сдѣлать? хорошій резонъ не будетъ хуже, если его повторить; если же онъ дуренъ, то тѣмъ полезнѣе настаивать на своёмъ. Убѣдительность можетъ замаскировать его ложность и достичь, наконецъ, того, что убѣдитъ даже политика, или утомитъ его, что, въ сущности, всё равно. А если цѣль достигнута, то что за дѣло до средствъ?
LII.