XXVII.
Въ часъ по-полуночи вѣтеръ, внезапно перемѣнившись, бросилъ корабль босъ. Волна, ударивъ въ бортъ, разбила старнъ-постъ, разшатала ахтеръ-штевень, а съ тѣмъ вмѣстѣ и всѣ основы корабля. Не успѣли оправиться отъ этого удара, какъ новой волной сорвало руль. Пора было подумать о помпахъ, такъ-какъ въ трюмѣ было на четыре фута воды.
XXVIII.
Часть экипажа была поставлена къ помпамъ; остальные же начали выбрасывать за бортъ грузъ и прочія вещи, но никакъ не могли добраться до пробоины. Наконецъ её нашли, но надежда на спасеніе по-прежнему оставалась сомнительной. Вода врывалась съ ужасающей свой, не смотря на куртки, рубашки, одѣяла и кипы съ муслиномъ.
XXIX.
Которыя кидали, чтобъ заткнуть отверстіе. Но всё оказывалось тщетнымъ, и корабль давно бы погибъ, если бы не помпы. Я съ особеннымъ удовольствіемъ рекомендую ихъ моимъ собратьямъ по мореплаванію. Пятьдесятъ тоннъ воды выкачивали онѣ въ часъ, и безъ ихъ изобрѣтателя, мистера Манна изъ Лондона, всѣ бы давно потонули.
XXX
Съ разсвѣтомъ буря, повидимому, нѣсколько утихла. Явилась надежда уменьшить течь и удержать корабль на водѣ, хотя три фута воды въ трюмѣ всё ещё заставляли работать тремя помпами, двумя ручными и одной цѣпной. Но спокойствіе продолжалось недолго; вѣтеръ заревѣлъ снова; налетѣлъ шквалъ; нѣсколько пушекъ сорвались съ цѣпей, и страшный, превосходящій всякое описаніе, порывъ внезапно опрокинулъ корабль на бокъ.
XXXI.
Онъ лежалъ неподвижный и почти опрокинутый. Вода, выливаясь изъ трюма, обдавала всю палубу. Зрѣлище было одно изъ тѣхъ, которыя не легко забываются. Люди, обыкновенно, хорошо помнятъ битвы, пожары, кораблекрушенія, словомъ -- всё, что приноситъ съ собой печаль и горе, или разбиваетъ ихъ надежды, сердца, шеи и головы. Такъ водолазы и искусные пловцы, которымъ удалось спастись, охотно говорятъ о кораблекрушеніяхъ.