CLXXXIII.
Былъ моментъ наступленія прохлады, когда багровый дискъ солнца спускается за голубые холмы, кажущіеся въ ту минуту границей міра и облекающіе всё видимое пространство тишиной, спокойствіемъ и тѣнью. Съ одной стороны горизонтъ опоясывали полукругомъ отдалённыя горы, съ другой -- простиралось тихое, прохладное море. Надъ головами раскидывался сводъ розоваго неба съ единственной звѣздочкой, сверкавшей точно чей-нибудь глазъ.
CLXXXIV
Они гуляли рука въ руку, попирая ногами обточенные водою камешки, блестящія раковины и твёрдый песокъ; заходили въ дикіе, натуральные гроты, вырытые бурями, но казавшіеся дѣломъ человѣческихъ рукъ, до-того походили они на искусственные своды, залы и кельи, украшенные сталактитами. Тамъ отдыхали они, сплетясь руками и наслаждаясь пурпурнымъ отблескомъ сумерокъ.
CLXXXV.
Они смотрѣли на небо, разстилавшееся надъ ними, точно широкій розовый океанъ. Любовались равниной моря, простёртаго у ихъ ногъ и отражавшаго дискъ встающаго мѣсяца, такъ-что казалось, будто онъ -- свѣтлый и розовый -- поднимался прямо изъ океана; слушали ропотъ волнъ и тихое вѣяніе вѣтра; наконецъ, смотрѣли другъ другу въ глаза, взаимно зажигавшіеся при каждой встрѣчѣ, послѣ чего губы ихъ невольно сблизились и слились въ поцѣлуй.
CLXXXVI.
Долгій, долгій поцѣлуй!-- поцѣлуй молодости, любви и красоты -- трёхъ лучей, сконцентрированныхъ въ одинъ фокусъ и зажженныхъ искрой небеснаго огня! Такіе поцѣлуи бываютъ только въ молодости, когда сердце, душа и чувство дѣйствуютъ заодно, когда кровь -- лава, пульсъ -- огонь, поцѣлуй -- землетрясеніе. Сила поцѣлуя -- я полагаю -- измѣряется его величиной.
CLXXXVII.
Подъ величиной я разумѣю продолжительность; а долго ли длился каждый ихъ поцѣлуй -- это знаетъ одно небо, такъ-какъ они не справлялись съ часами: займись они этимъ, блаженство ихъ не продлилось бы ни на одну секунду. Не говоря ни слова, почувствовали они, что души ихъ и губы стремились другъ къ другу. А слившись разъ, они припадали, какъ пчёлы, сосущія мёдъ, и сердца ихъ играли въ этомъ случаѣ роль цвѣтовъ, въ которыхъ таится этотъ сладкій мёдъ.