XXXVI.
Что человѣкъ? садится ль за обѣдъ,
А передъ нимъ уже бѣда готова!
Въ желѣзный вѣкъ и горестей, и бѣдъ,
Чуть дождался денька онъ золотого --
Сирена жизни, радость юныхъ лѣтъ,
Ужь завлекла, чтобъ съѣсть его живого.
Такъ и теперь весь пиръ смутилъ корсаръ,
Какъ тушатъ мокрымъ войлокомъ пожаръ.
XXXVII.