Нѣтъ, пусть сольюся я въ тиши съ земной скуделью!
Безъ общепринятыхъ стенаній надъ собой,
Не ставъ помѣхою чьему-нибудь веселью
И дружбы не смутивъ нежданною слезой.
Но еслибы любовь въ подобный часъ остаться
Могла покойною и вздохъ унять въ груди--
Въ послѣдній разъ вся власть ея могла бъ сказаться
Въ той, что живетъ, и въ томъ, кто долженъ отойти.
Какъ сладко было бъ видѣть мнѣ, моя Психея,
Что смотришь до конца ты ясно и свѣтло!