И дождь, стучащій въ гребень старой крыши --
Всё ихъ сердца тревожило тоской,
Едва сходилъ на землю мракъ ночной.
XVI.
Напрасный страхъ! Тотъ часъ не возвращался --
И навсегда загадкою остался.
Иль вспоминать о нёмъ онъ не любилъ
И дѣлалъ видъ, что часъ тотъ позабылъ,
Иль навсегда съ прошедшимъ распростился,
Когда въ нему разсудокъ возвратился,