Искалъ въ счастливое то время,
Когда измѣны злое бремя
Ещё не жгло его души,
Когда въ гондолѣ и на балѣ
Блисталъ онъ въ шумномъ карнавалѣ,
Или, таясь въ ночной тиши,
Давалъ такія серенады,
Какихъ не слышали наяды
Венеціанскихъ береговъ,
Средь Адріатики валовъ.