"Удивительно, что во многихъ мѣстахъ этой пьесы Байронъ, какъ будто, имѣетъ въ виду проступокъ христіанина, у котораго только одна жена, а во восточнаго монарха, подобнаго Сарданапалу, который имѣлъ триста женъ я семьсотъ любовницъ". (Гоггъ).
Стр. 302.
Ѣшь, пей, люби -- все прочее не стоитъ
Щелчка.
" Въ эту экспедицію онъ {Александръ Македонскій.} взялъ съ собой только небольшой избранный отрядъ гвардіи, но за то -- всѣ легковооруженныя войска. Въ первый же день похода онъ дошелъ до Анхіала, города, основаннаго, какъ говорятъ, ассирійскимъ царемъ Сарданапаломъ. Обширныя и внушительныя укрѣпленія этого города даже и во времена Арріана отднчались тою величественностью, которая особенно нравилась ассиріянамъ въ этого рода сооруженіяхъ. Тамъ былъ найденъ памятникъ, изображавшій Capданапала, съ надписью ассирійскими письменами и, конечно, на древне-ассирійскомъ языкѣ, которую греки,-- хорошо или худо,-- перевели слѣдующимъ образомъ (слѣдуетъ надпись). Предполагая, что этотъ переводъ приблизительно вѣренъ (такъ какъ и Арріанъ говоритъ, что онъ былъ не вполнѣ точенъ), можно, однако же, высказать мнѣніе, что цѣлью подобной надписи было не прославленіе необузданнаго самоуслажденія, а скорѣе -- призывъ къ спокойной гражданской жизни, обращенный къ народу, слишкомъ склонному къ мятежамъ Иначе непонятно, съ какою цѣлью ассирійскій царь могъ основать такіе города въ мѣстности, столь отдаленной отъ его столицы и отдѣленной отъ нея песчаными пустынями и высокими горами, а еще болѣе непонятно, какимъ образомъ жители этихъ городовъ могли предаваться тѣмъ необузданнымъ наслажденіямъ, какія, будто бы, рекомендовалъ имъ ихъ повелитель. Заслуживаетъ вниманія также то обстоятельство, что на южномъ побережьѣ Малой Азіи развалины городовъ, упоминаемыхъ въ исторіи, до сихъ поръ привлекаютъ путешественника своимъ величіемъ и красотою посреди того печальнаго опустошенія, которое, подъ властью варварскаго правительства, въ теченіе многихъ вѣковъ распространялось все дальше и дальше въ прекраснѣйшихъ областяхъ земного шара. Вѣдь всѣ эти города должны были находиться въ самомъ цвѣтущемъ состояніи -- благодаря благопріятнымъ условіямъ природы и климата, а можетъ быть, еще больше,-- благодаря цвѣтущему положенію торговли. Отсюда можно заключить, что Сарданапалъ руководствовался болѣе возвышенными цѣлями, нежели тѣ, какія ему обыкновенно приписываются. Но такъ какъ этотъ царь былъ послѣднимъ представителемъ династіи, низвергнутой революціею, то поношеніе его памяти могло быть политическимъ пріемомъ его преемниковъ и ихъ сторонниковъ Несостоятельность преданій о Сарданапалѣ поражаетъ въ разсказахъ о немъ Діодора Сицилійскаго". Митфердъ, Греція". (Прим. Байрона).
Исторія о памятникѣ Сарданапала съ циническою надписью основана на разсказѣ Аристобула, служившаго при Александрѣ Македовскомъ и оставившаго свои записи. Его цитируютъ Страбонъ и Атеней, говоря, что, до свидѣтельству Аристобула, невдалекѣ отъ Анхіала найденъ былъ памятникъ съ изображеніемъ царя, у котораго пальцы правой руки были сложены какъ бы для щелчка, а надпись гласила: "Ѣшь, ней и веселись; все остальное не стоитъ даже вотъ этого", т. е. щелчка. Кэнновъ Роулинсонъ высказываетъ предположеніе, что этотъ "памятникъ" былъ въ дѣйствительности колонной, на которой изображенъ былъ царь Сеннахерибъ въ обычной монументальной позѣ, правая рука поднята надъ лѣвою и съ хвалебною надписью (которой толмачи Македонскаго царя не съумѣли перевести).
Стр. 302. Червякъ вотъ богъ!
Ср. " Гамлета" д. IV, сц. 3 (изд. подъ ред. С. А. Венгерова, т. III, стр. 122): "А что касается съѣстного -- такъ этакій червячишка -- единственный монархъ. Мы откармливаемъ животныхъ, чтобы откормить себя, а себя -- для червей. Жирный король и тощій бѣднякъ -- только различныя кушанья, два блюда съ одного стола. Этимъ все кончается".
Стр. 304. Да черную неблагодарность кто жь
Не чувствуетъ?