Она немного задумалась, потомъ посмотрѣла на ребенка и наконецъ повернула къ Карпову свое задумчивое, но спокойное лицо.
-- Прежде я было рѣшалась,-- какъ скоро потеряю мѣсто,-- сейчасъ же уѣхать отсюда въ Петербургъ...
-- Въ Петербургъ, повторилъ онъ такимъ тономъ, какъ будто хотѣлъ сказать, что вовсе не думаетъ, чтобы тамъ было ей лучше чѣмъ здѣсь.
-- Да. Но теперь я думаю, что, можетъ быть, не поѣду. Починковъ предлагаетъ мнѣ поселиться у него въ деревнѣ. Я думаю, что приму это предложеніе.
Она сказала это такъ спокойно и положительно, что Карповъ счелъ все это дѣло окончательно рѣшеннымъ, и потому даже не сталъ больше говорить объ этомъ предметѣ. Онъ облокотился обѣими руками на колѣни, опустилъ голову и погрузился въ не особенно веселыя размышленія. Я не могу сказать опредѣленно, что ону любилъ Упадышеву; можетъ быть, онъ не любилъ ее, а, можетъ быть, и любилъ, но только любовь эта была совершенно особеннаго рода. Иногда онъ думалъ, что ему очень тяжело бы было не видѣть этой женщины, что жизнь сдѣлалась бы для него очень скучною, если бы Упадышева вздумала оставить этотъ городъ, но сейчасъ же, вслѣдъ за этимъ, онъ начиналъ посмѣиваться надъ самимъ собой, поддразнивать себя тѣми комплиментами своей особѣ, которые случалось ему слышать отъ уличныхъ ребятишекъ -- начиналъ сопоставлять свою собственную непривлекательность, невзрачность, неуклюжесть съ красотой Упадышевой и обыкновенно кончалъ тѣмъ, что на нѣкоторое время или совершенно забывалъ о ней, или же успѣвалъ увѣрить себя, что нисколько ею не дорожитъ и не имѣетъ къ ней никакого особеннаго чувства. Никогда, впрочемъ, онъ не переставалъ думать, что она очень хорошая женщина и что онъ рѣшился бы для нея на многое.
Теперь, облокотившись обѣими руками на колѣни и опустивши голову, онъ просматривалъ исторію своихъ отношеній къ Упадышевой и мыслей о ней, какъ будто надѣясь отыскать въ этой исторіи что нибудь полезное или утѣшительное въ настоящемъ случаѣ. Онъ былъ увѣренъ, что во всякомъ случаѣ она его не любитъ. На этомъ онъ остановился особенно долго и не одинъ разъ повторилъ себѣ эту истину Затѣмъ онъ вспомнилъ, что не разъ, при видѣ ея труднаго положенія, неизвѣстности ея будущаго, обидъ, которымъ она подвергалась и будетъ подвергаться, ему не разъ приходило въ голову желаніе предложить ей сдѣлаться его женой. При этомъ онъ хотѣлъ прямо высказать ей, что она не любитъ его, и, можетъ быть, никогда не почувствуетъ къ нему того страстнаго чувства, которое называется любовью,-- но онъ надѣется, что между ними можетъ быть мѣсто взаимному уваженію и тѣсной дружбѣ, нерѣдко замѣняющей любовь. Онъ хотѣлъ защитить ее своимъ именемъ отъ всякихъ обидъ и подозрѣній, думалъ, что подъ другимъ именемъ ей легче будетъ найти работу и надѣялся, что вмѣстѣ имъ будетъ легче жить. Эта мысль очень часто извѣщала его и также часто онъ отказывался отъ нея но многимъ причинамъ. Во-первыхъ, ему было бы очень совѣстно и тяжело, если бы Упадышева сдѣлалась его женой не любя его, покоряясь только гнету нужды и обстоятельствамъ: онъ вѣчно думалъ бы, что связалъ ее, можетъ быть, отрѣзалъ ей дорогу къ болѣе полному счастью съ какимъ нибудь другимъ человѣкомъ. Во-вторыхъ,-- и это главное,-- его надежда на то, что вмѣстѣ имъ было бы легче жить -- очень часто представлялась ему самому шаткой и невѣрной надеждой. Иногда даже, и большею частью тогда, когда онъ уже готовъ былъ высказать Упадышевой свое предложеніе, ему вдругъ, съ поразительною убѣдительностью представлялось, что воображаемая имъ жизнь вмѣстѣ съ нею нетолько не сдѣлается легче и спокойнѣе, но будетъ даже несравненно хуже, тревожнѣе, чѣмъ ихъ теперешнее положеніе. И онъ пугливо отступалъ отъ своего намѣренія, и уходилъ отъ Упадышевой, считая въ эту минуту безумнымъ и гадкимъ говорить ей о своей любви, которую она очевидно не раздѣляетъ, и которая притомъ не можетъ дать ей ничего, кромѣ новыхъ лишеній, заботъ и страданій. Бывали минуты, когда онъ робко, на мгновеніе рѣшался допустить, что, можетъ быть, Упадышева и любитъ его; но въ эти минуты онъ еще больше пугался того будущаго, которое ожидало ихъ, если бы они связали свою жизнь вмѣстѣ, и поэтому еще меньше способенъ былъ высказать нашей героинѣ свои чувства. Такова была исторія его отношеній къ этой женщинѣ. Онъ страдалъ отъ неудачъ, которыя она встрѣчала, волновался отъ оскорбленій, ей наносимыхъ, приходилъ въ отчаяніе при раздумьи о будущемъ, ей предстоявшемъ, и не находилъ въ себѣ силы помочь ей хоть чѣмъ нибудь.
Теперь, когда онъ услышалъ о ея рѣшеніи поселиться у Починкова, онъ припомнилъ себѣ всю эту исторію, и мысленно согласился, что врядъ ли можно обвинять ее за это рѣшеніе. Онъ подумалъ даже, что это пожалуй еще большое счастье, что у нея нашелся достаточный родственникъ, который милостиво предложилъ ей защиту и помощь, хлѣбъ и жилище. Что же въ самомъ дѣлѣ ей дѣлать?
Эти его размышленія были внезапно прерваны легкимъ восклицаніемъ Упадышевой, тоже на минуту задумавшейся о чемъ-то, и затѣмъ появленіемъ въ дверяхъ вспотѣвшаго и усердно обмахивавшагося шляпой Трофимова.
-- Такъ и есть, заговорилъ онъ, увидѣвъ Карпова и не обращая ни малѣйшаго вниманія на Упадышеву.-- Здравствуйте, мимоходомъ вставилъ онъ, протягивая ему руку и затѣмъ быстро продолжалъ: я зашелъ къ Степану; -- былъ, спрашиваю, здѣсь нашъ пріятель?-- Говоритъ, былъ, и прохладился немного, а потомъ ушелъ -- Куда? въ какую сторону?-- Направо... Я направо и пошелъ, да вотъ и нашелъ. Пойдемте-ка въ трактирчикъ чайку выпить...
Карповъ никогда не смотрѣлъ съ особеннымъ дружелюбіемъ на этого господина; но въ эту минуту, когда эта толстая, сонная, лѣнивая фигура явилась передъ нимъ, какъ олицетвореніе пошлости, и ворвалась въ теченіе его мыслей, хотя и не поэтическихъ, но серьезныхъ, грустныхъ и даже нелишенныхъ нѣкоторой торжественности,-- теперь онъ хотѣлъ бы взять неожиданнаго гостя и выбросить его въ ту самую дверь, въ которую онъ вошелъ.