Упадышева все еще задумчиво смотрѣла на него, оставивъ свою работу. Блеснула молнія и на секунду освѣтила его блѣдное лицо. Молодой женщинѣ показалось, что на его лицѣ отражалось много страданія. Громъ гремѣлъ вдалекѣ.
-- А впрочемъ конечно все это пустяки, сказалъ Починковъ, садясь на свое прежнее мѣсто и допилъ остывшій чай.
-- Что пустяки?
-- Да все пустяки. Стоитъ ли еще жалѣть, что жизнь прошла такъ, а не иначе, не все ли равно? Какъ ни устрой ее, а подъ конецъ все-таки окажется, что одни только глупости были и пустяки.
Сначала она какъ будто не поняла его мысли, но потомъ быстро сказала:
-- А вѣдь мнѣ иногда почти тоже думалось.
-- Вотъ видите, произнесъ онъ сквозь зубы.
-- Дѣйствительно иногда жизнь кажется и скучною, и пошлою. Но вѣдь это не всегда же такъ кажется, на меня это только днями находитъ.
Онъ ничего не отвѣчалъ,
-- Все равно,-- какая бы ни жизнь, повторилъ онъ, вставая.-- Все пустяки. Нужно только побольше шуму и суетни, чтобы некогда было всматриваться въ свое житье... Тогда хорошо будетъ... Однако, прощайте... Нужно еще распорядиться; завтра я опять уѣду денька на три...