Она была блѣднѣе чѣмъ прежде, но вмѣстѣ съ тѣмъ какъ-то рѣшительнѣе, сосредоточеннѣе.
-- Многаго,-- повторилъ онъ. Что дѣлать?! Да и знаете ли, говоря откровенно, бываютъ случаи, когда можно порадоваться удаленію человѣка изъ нашего общества въ міръ лучшій... Борьба кончена, враговъ нѣтъ. Не грозитъ нищета, не слышатся крики, слезы, не язвятъ оскорбленія. Кончены мученія...
Въ его голосѣ слышалось нѣчто мягкое, кроткое, даже какъ будто печальное и любовное. Здѣсь нужно замѣтить, что наединѣ, съ глазу на глазъ съ кѣмъ нибудь, Починковъ не былъ очень робокъ и застѣнчивъ, только появленіе какого нибудь третьяго, незнакомаго человѣка заставляло его замолкать и стѣсняться.
Этотъ искренній тонъ чрезвычайно понравился молодой женщинѣ.
-- Мы не подозрѣваете, какую правду вы говорите, сказала она дружески.
Починковъ скромно сидѣлъ къ своемъ уголкѣ, не поднимая на нее глазъ.
-- Иногда мы, посторонніе, въ состояніи сказать, что можно радоваться смерти такою-;о человѣка; но тяжелы эти слова для близкихъ умершему.-- и грустная для нихъ эта радость...
-- Я не плачу .
-- Что слезы!... Для большинства онѣ въ наше время только маска. Да и всѣ мы видимъ вокругъ себя только слезы и слезы -- мы съ дѣтства привыкли къ нимъ...
-- Я привыкла къ мысли о его смерти. Давно, уже очень давно я видѣла ея приближеніе...