-- Да то, что не подходящія намъ эти книги. Если бы да романцы,-- такъ хорошо, взялъ бы съ удовольствіемъ. А то журналы, да книги заграничныя. Когда-то еще встрѣтишь такого человѣка, чтобы могъ понять по тамошнему. Ихъ на вѣсъ развѣ. На вѣсъ можно купить, это можно... А вы думали какъ? Сто тысячь стоятъ?
Упадышева апатично смотрѣла въ окно.
-- Платье вы во сколько цѣните? спросила она какъ будто не о томъ думая.
-- Платье-то? равнодушно отвѣчалъ книгопродавецъ. Старенькое вѣдь оно.
-- Какъ старое? съ удивленіемъ спросила она.
-- Ношеное. Сюртучная нара еще туда сюда.
-- Еще бы, она всего одинъ разъ была надѣта, насмѣшливо сказала Упадышева.
-- Мы этого не знаемъ, грубо возразилъ мѣщанинъ.-- Можетъ быть и сто одинъ. За все-то платье можно дать десять рублей.
-- Можетъ быть, вы хотите сказать пятьдесятъ? холодно спросила она.
-- Фю-фю! свиснулъ мѣщанинъ, повернувшись къ ней спиною.-- Во-какъ! крикнулъ онъ своему собрату. Деньги-то любитъ!