Въ это время прошло уже около недѣли съ того дня, какъ моя героиня осуществила наконецъ свою мечту и сдѣлалась учительницей.
-- Нѣтъ; подождите еще немного, отвѣчала Упадышева серьезно и задумчиво.-- Въ этомъ семействѣ какая-то ужасная драма. Подождите еще немного... Дайте мнѣ поглубже заглянуть въ этотъ... адъ этотъ, закончила она.
Когда она говорила такимъ образомъ объ ужасной драмѣ,-- то вовсе не имѣла въ виду своихъ ученицъ. Обѣ онѣ были здоровыя, толстыя дѣвушки, ѣли какъ лошади, любили наряды, сидѣли у окна, съ нетерпѣніемъ ожидали появленія жениховъ и вообще ни своей жизнью, ни своими жирными фигурами ничего драматическаго не представляли. Говоря такимъ образомъ объ ужасной драмѣ. Упадышева думала о матери этихъ дѣвицъ.
-- Боже мой. Боже мой, говорила черезъ нѣсколько дней моя героиня, обращаясь къ Карпову, задумчиво ходившему взадъ и впередъ по ея маленькой комнатѣ.-- Какъ же однако скверно и скучно жить на свѣтѣ...
Карповъ пріостановился немного и съ недоумѣніемъ ждалъ что будетъ дальше.
-- Да, нехорошо, пробормоталъ онъ.
-- Я никогда не ожидала встрѣтить много хорошаго, продолжала она. Но я надѣялась все-таки, что въ каждомъ человѣкѣ, въ каждомъ даже отпѣтомъ человѣкѣ можно добрымъ словомъ вызвать что нибудь доброе. Я никогда не думала, что бы гдѣ нибудь на каждомъ шагу можно было встрѣтить только такихъ людей, которыхъ ничего, ничего не осталось человѣческаго.
-- Ну, это вы ужь черезчуръ, вполголоса замѣтилъ Карповъ.-- Врядъ ли можно найти такого человѣка, у котораго не осталось ничего человѣческаго. Врядъ ли.
-- Вы думаете? Ну, да я не буду спорить объ этомъ. Moжетъ быть вы и правы. Только я все-таки думаю въ такомъ случаѣ, что до сердца этихъ людей добраться такъ трудно, такъ трудно, что нужно для этого какой нибудь сверхъестественный, выходящій изъ ряду вонъ случай... Нужно какую нибудь особенную силу...
Карповъ ничего не отвѣчалъ.